Искалеченные

Она болталась на нижней петле, открывая представшую передо мной картину.

Я ожидал увидеть Лин. Но вместо нее перед глазами, будто на режиме слоу мо прогонялось воспоминание трехлетней давности.

Сколько раз я прокручивал в голове сцену расправы над Майком? Я убивал его сотню, тысячи раз. Стрелял, пока в обойме не оставалось пуль. Когда они заканчивались, я уничтожал его вручную. Душил до онемения пальцев. Вырезал его сердце, растаптывая по грязи ботинком. Точно так же, как и он мое.

Нужно ли было бросать пару пафосных фраз перед тем, как убить Майка? Плюнуть в его чертово лицо и нагло смотреть в глаза, упиваясь долгожданным моментом?

Я оставил эту участь долбаным героям в мелодрамах и молча выстрелил.

Майк дернулся и упал на пол. Я тут же прошел вглубь комнаты и встал у кровати, перешагнув через обездвиженное тело. От увиденного меня ударило током. Двести двадцать и ни вольтом меньше.

На смятой простыне лежала почти раздетая Лин. Я сжал кулаки от очередного приступа злости. Майк слишком легко отделался, получив пулю.

Я окинул взглядом ее бледное лицо и тело. Ее верхняя губа кровоточила, а левая щека была в царапинах и ссадинах. На шее уже начали проявляться синяки, играя жутким контрастом с белоснежной кожей. На обнаженной груди остались следы от укусов.

Я коснулся ее белых волос, всматриваясь в ее лицо. Паника, страх, испуг – всего этого не отображалось на плавных, нежных чертах. Лишь небольшая складка пролегла между бровями, но тут же исчезла, когда Лин открыла глаза. Она пристально смотрела на меня и молчала.

– Лин, – я накрыл ее расцарапанную щеку ладонью.

– Останься, прошу, – произнесла Лин охрипшим измученным голосом, от которого внутри меня все обрывалось. – Не бросай меня.

Разве я могу ее бросить? Разве я могу уйти, когда лишь один ее взгляд способен пробить мои легкие как пуля.

Невозможно жить с простреленным легким. Ты либо умрешь от потери крови, либо задохнешься без воздуха.

А Лин была моей кислородной маской, чтобы выжить. Я нуждался в ней. В ее глазах, голосе, манерах и движениях.

Каждая деталь, как вдох и выдох. Я никогда не смогу надышаться досыта. Мне будет ее мало. Я понял это, когда Майк вывел ее из гостиной, и у меня больше не осталось кислорода.

Лин оторвала голову от подушки и уселась на кровати. Я снял с себя куртку и укрыв ее хрупкие плечи.

– Я с тобой. Все будет хорошо, – мягко произнес я.

Продолжая обнимать Лин одной рукой, другой я положил пистолет на кровать. Вытащил из кармана мобильный и набрал "911".