Уровней пока не взяла, но прогресс у неё, я тебе скажу, впечатляющий. — Илин усмехнулся уже более привычно, но всё равно как-то натянуто, и кивнул мне, делая ещё один глоток из стакана. — Ну или, по крайней мере, впечатляющий для большинства обычных людей. Ты-то у нас уникум, тебе не понять.
— Да уж, Амализа молодец, — согласился с ним. — Надо её ещё раз поблагодарить за те чары, что она на мой лук наложила. Реально помогает. Хорошая она девушка, и друг надёжный.
— Да… хороший друг, — как-то слишком задумчиво повторил Илин, снова уставившись на огонь.
Его голос стал тише, почти уйдя в шёпот. — Исключительная молодая женщина. С таким… добрым и нежным сердцем. И душа у неё… прекрасная… он вдруг осёкся, словно сказал что-то лишнее, и даже как-то дёрнулся. Лицо его залила густая краска смущения, он залпом осушил свой стакан и резко поднялся. — Так, что-то я… Долгий день сегодня выдался, а завтра снова рано вставать. Пойду я… помедитирую. Да, точно, медитация — лучшее занятие, — и поспешил к выходу.
Я, честно говоря, несколько опешил от такой его реакции и тоже встал:
— Да, пожалуй, ты прав. Отдых не помешает. Спокойной ночи, дружище.
Илин лишь рассеянно кивнул, даже не обернувшись, и скрылся за дверью. Странно всё это. Очень странно.
Я ещё пару секунд ошарашенно смотрел ему вслед. Поведение ну совершенно не в его духе. Если бы я не знал Илина как облупленного, то, ей-богу, подумал бы, что мой стоический непробиваемый Монах потерял голову… из-за Амализы.
Да не, бред какой-то! Или нет?…
Глава 5
Не успел я как следует переварить мысль об Илине и Амализе, как весёлый гомон и смех возвестили о возвращении женской части нашего коллектива.
В гостиную торжественно вплыла Лили, и… я, кажется, на пару секунд забыл как дышать. На ней переливалось, будто иней, немыслимое серебристое платье. Плотные белые шерстяные чулки обнимали стройные ножки, обутые в изящные белые туфельки. Довершала шикарный наряд тяжёлая роскошная шуба из белоснежного меха тех самых тварей из Снежной Пустоши, на которых я регулярно охотился в ближайшем логове.
Чёрт, она выглядела…
Потрясающе! И это ещё мягко сказано. При всём при том она умудрилась остаться невероятно милой и очаровательной с её длинными серебристыми косичками, которые так забавно подпрыгивали при ходьбе, и большими круглыми очками на кончике носа. Я поймал себя на том, что стою и неприкрыто пялюсь, словно заворожённый, и от этого стало как-то… неловко. Давно я себя юным салагой не чувствовал.
