Мяса и шкур было столько, что можно спокойно взвод солдат не только накормить, но и одеть.
Уже на подходе к своему поместью, когда до него оставалось рукой подать, я заметил бредущую по тропе из Тераны целую вереницу людей, человек тридцать, не меньше. Оборванные и измученные, они тащили за поводья едва переставляющих ноги, перегруженных поклажей лошадёнок.
Сердце ёкнуло. Случилось явно что-то неладное. Даже издали, активировав Орлиное зрение, я разглядел понуро опущенные уши и хвосты; большую часть мрачной процессии явно составляли кошколюди.
И сразу две девчонки-кошки впереди колонны бросились в глаза, обе рыжие. Что-то знакомое мелькнуло в памяти.
Точно! Лилия и Фелиция! А за ними, значит, этот седовласый Игнат, если не ошибаюсь. Старый знакомый.
Меня аж передёрнуло. С одной стороны, приятно до чёртиков вновь встретить старых друзей, а с другой, сердце сжало нехорошее предчувствие. Что, чёрт возьми, они тут делают, да ещё и в таком виде?
Не вдаваясь в долгие размышления, я одним махом рванул им навстречу, сжимая поводья л в руке и таща животных за собой.
Ноги сами несли вперед, хотелось быстрее узнать, что стряслось.
Пока летел к ним, разношерстная процессия из различных звероморфов (кошачьи, волки и даже быки), хоть и с трудом, но добрела до наших ворот, а там уже их встречали мои жёны. Вся семья высыпала. Забегали с одеялами, с кружками горячего чая. Засуетились, как пчёлы.
Фелиция увидев меня, вскрикнула, кинулась на шею и крепко обняла.
Её огромные, как блюдца, светло-желтые глаза тут же наполнились слезами то ли от облегчения, то ли от горечи пережитого. Я почувствовал, как она дрожит всем телом.
— Привет, ты в безопасности, — обнял её в ответ, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри всё клокотало. — Ты как? Что стряслось-то?
Краем глаза через её плечо я увидел Лилию. Она стояла чуть поодаль вместе с остальными беженцами и неотрывно смотрела на меня. Плечи гордо расправлены, хотя видок потрёпанный и усталый.
Вместо обычной кольчуги Легионера на ней надета плотная зимняя одёжда, тёплый плащ, а капюшон низко натянут на светло-рыжие кошачьи ушки. Видно, замёрзла в дороге.
Даже в этой бесформенной одёжде было заметно, что Лилия беременна. Округлившийся живот сразу бросался в глаза, ведь мне она запомнилась в нашу прошлую встречу изящной и стройной.
Чёрт, а ведь она выглядела так… Прям глаз не отвести, стерва рыжая!
Но сейчас не до того.
