Не каждый день приходится наряжаться как на парад, и, честно говоря, чувствовал себя немного не в своей тарелке.
За дверью тихо скрипнула половица. Понятно, Лили уже знает, что я здесь, с её-то ушами. Но она выдержала паузу и не бросилась к двери сразу, а дала мне постучать.
Женские игры, куда без них.
Когда дверь наконец открылась, её волнение стало видно невооружённым глазом: руки сцеплены в замок, взгляд немного растерянный. Большие глаза за стёклами очков распахнулись.
— Ого! Артём, ты… ты очень красивый! –её олос дрогнул от волнения.
Ответить сразу я не смог, просто застыл, разглядывая представшее передо мной чудо, на пару секунд потеряв дар речи.
Новое кремовое платье сидело на ней как влитое, подчёркивая каждый изгиб, цвет идеально играл на контрасте с молочной кожей девушки, белыми ушами и хвостом. Она что-то сделала со своими обычно прямыми серебристыми волосами, теперь они лежали на плечах и спине мягкими локонами. Похоже, даже нанесла какой-то макияж, но аккуратно, почти незаметно. И без того идеальные черты лица Лили стали ещё выразительнее, а уши стояли торчком — верный признак, что она в предвкушении.
С лица не сходила сияющая улыбка.
В воздухе витал её собственный, едва уловимый аромат: тёплый, спокойный, какой-то… родной. Запах доверия, а не просто парфюм.
Наконец-то я нашёл в себе силы отлепить челюсть от пола и протянул ей розы.
— Хотел бы подобрать слова, чтобы описать, как ты выглядишь, но, похоже, их ещё не придумали. До твоего появления в них просто не было нужды.
Звучало, может, и пафосно, но высказал чистую правду. Эта мысль не раз приходила мне в голову, когда смотрел на неё.
Взгляд Лили потеплел.
— Ох, это так… так мило.
Она с благоговением взяла цветы, глубоко вдохнула их аромат.
— М-м-м, пахнут восхитительно вкусно!
Заметив мой удивлённый взгляд, она рассмеялась.
— Не волнуйся, их на потом оставлю, когда будет время посмаковать.
Ну, почему бы и нет. Если ей нравится вкус роз — это как подарить одновременно и цветы, и конфеты. Два в одном.
Изобразил поклон, насколько смог это сделать в новом непривычном костюме, и протянул руку.
— Поужинаем, Лили?
Она просияла, мягкая рука скользнула в мою и крепко сжала.
— Да, конечно.
Внезапно она замерла.
— Ой, очки! Читала и совсем про них забыла.
Она метнулась обратно в комнату, сняла их и положила на столик.
— Постой!
Выпалил это так резко, что сам удивился. Она неуверенно обернулась, и я почувствовал, как к щекам приливает кровь.
— Оставь их.
