Искатель. 2013. Выпуск №9

Гармонист дядя Ваня бросил играть, кумушки притихли.

— Не бреши! — Мать мальчишки сурово посмотрела на него, но тот не опустил глаз.

— Правда, иди сама посмотри, он там лежит. Участковый туда пошел!

— Вот те раз! — Дядя Ваня свел меха, и гармонь жалобно скрипнула. — Опять утопленник!

Ульяна поперхнулась, а Гриша словно онемел, побледнел весь, вытянулся на стуле.

— Что за утопленник? — Голос у Гриши дрожит от волнения. — Мужик или баба?

— Мужик, только разложился весь почти, рыбы обгрызли…

— Фу ты, страх какой! — Бабы начали креститься.

 — Из наших?

Мальчишка развел руками.

— Вроде нет, не поймешь.

— И то правда, разве у нас кто пропадал? Все на месте… — Кто-то даже испустил смешок: — Приблудился, значит.

Дядя Ваня опять заиграл, но веселье сломалось. Настроение испортилось, начали расходиться. Ульяна помрачнела — как-то коряво их жизнь начинается, наперекосяк. Посидели еще с горсткой гостей за столом и тоже домой пошли. Гриша молчал всю дорогу. Дома щей похлебал и спать улегся, устал.

Ульяна вышла во двор, села на лавочку и задумалась. Так вот ты какая — семейная жизнь… Но любовь к Грише не прошла, даже наоборот, вспыхнула с новой силой — ее он теперь, а она — его. Наносное все это, пройдет, утихнет тоска, не навек же она. Гриша проснулся, вышел из дома, сел рядом, обнял за плечи нежно, как раньше. Ульяна голову ему на плечо положила, вздохнула. Ну вот, совсем как у ее родителей. Волна благодарности затопила ее с головы до ног, она прижалась теснее. Так и просидели до ночи, целовались, как в пору жениховства. Гриша снова слова зашептал на ушко, и среди прочего Ульяна уловила одно, долгожданное, — «прости, любимая…»

С покойником все не так просто оказалось. Следователь опять приехал, труп увезли, а потом участковый сказал, что это как раз тот парень был, которого Гриша узнал на празднике Ивана Купалы. Тот сынок хозяйский, из-за которого Гришина с Галиной любовь закончилась. Сынка звали Дмитрием, это Ульяна уже от людей узнала.

Погиб в тот же день, что и Галина, только нашли не сразу, поэтому труп был так обезображен — рыба ведь тоже есть хочет, а что есть — ей все равно. Человек для нее просто пища, ничего более. Говорили, что будто на шее у него рана, как от укуса, и на голове — видимо, ударили чем-то тяжелым. Но точно сказать трудно, потому что времени много прошло, процессы разложения далеко зашли. В городе вскрытие делали, участковый сообщил — умер от утопления, захлебнулся.