Искатель – 8

И что, хочешь сказать, ты делал это? Ребёнок не в состоянии самостоятельно зачищать логова монстров, значит, тебя тащили за собой взрослые, хорошо снаряжённые Искатели, выполняющие всю грязную работу. Целая команда вооружённых до зубов людей работала бы только ради тебя! Уверен, что ты дворянский отпрыск, который сорил деньгами направо и налево, лишь бы получить такой высокий статус и порадовать семью! Имей мужество признать это, сопляк!

Марона встала так резко, что стул позади неё завалился назад.

Мэриголд вздрогнула и быстро подняла его, вежливо поклонившись баронессе.

— Господин Данзель, мне надоело это выслушивать, — сдержанно сказала Марона. — В ваших словах нет и толики правды, не говоря уже о том, что я слышу поток зависти от глубоко уважаемого мною Жреца! Немедленно прекратить этот вздор!

— Миледи, мои искренние извинения, но я должен был сказать об этом! — резко бросил мужчина. — Ради вас и памяти вашего мужа, моего старого дорогого друга.

Ваш любовник — избалованный юнец, которому всё досталось на блюдечке с голубой каёмочкой, и теперь он притворяется, будто понимает войну! Почему он имеет право сидеть за этим столом, словно он закалённый в боях ветеран? Ещё и давать свои странные советы, когда на кону сотни человеческих жизней? Пускай отправляется в свою палатку и ждёт, когда вы пригласите его на обед! Здесь ему делать нечего!

Баронесса резко хлопнула в ладоши.

— Всё, я кажется ясно сказала, но повторю ещё раз: Немедленно прекратить! — сурово процедила она.

— Мы давно знакомы, и ты старый друг моего усопшего мужа, но как ты смеешь оскорблять меня и Артёма? В тебе говорит зависть, которая выглядит жалко, когда на кону действительно тысячи чужих жизней! Неужели ты забыл, какую работу проделал этот человек? Ты бы справился с этим вместо него, скажи мне? Если да, то почему молчал?

— Я… Миледи… Не это имел ввиду, не вас… — пробормотал Данзель и хотел продолжить, но его прервала баронесса.

— Довольно, — сказала Марона. Её голос был мягким, но повелительным. — Принеси извинения и не говори больше ничего, пока не обретёшь контроль над собой. И, что важнее, над своим языком, который слишком развязался. Если ты так уважаешь моего мужа, своего друга, так почему оскорбляешь меня и мой выбор?

Не дожидаясь ответа от Жреца, она подошла ко мне и Илину."

"— Прошу прощения за эту сцену.