Был бы сейчас уважаемым человеком, имел свою лавчонку, рубил свиные и коровьи туши, имел по вечерам солидный кусок мяса в супе, послушную жену и толпу ребятишек, со стражником квартальным за руку здоровался… И что меня в такой жизни напугало?
Не знаю. Вот только если передо мной лежит нераскрытый прикуп, то я его всегда поднимаю.
Я зашагал к гостинице. «Индейская тропа» где-то рядом…
Когда начало смеркаться, я уже сидел в «Настоящем Вест-Индском Баре Индейская Тропа». Снаружи это было здание как здание, два этажа со скромной вывеской на оживленной набережной Роны.
А вот внутри – действительно все стильно. Стены бревенчатые, с воткнутыми кое-где стрелами и каменными томагавками. Девушки и парни, разносящие еду, все как на подбор загорелые и полуголые, в замшевой одежде и побрякушках, а показывающаяся временами с кухни женщина-повар и впрямь – краснокожая. Вряд ли она тут что-то готовила, скорее придавала заведению колорит, но посмотреть на нее было любопытно. Музыка гремела варварская, одни барабаны и бубны, но вроде даже забавно выглядело, как под нее танцуют.
Вот только выпить было толком нечего. Виски – грубое, мерзкое, бренди уступал и самому плохому галльскому коньяку, пиво – хуже, чем в Амстердаме, вина и вовсе нет. Бедолаги, неужели они в Колониях только это и пьют?
Настоящая вест-индская еда тоже оставляла желать лучшего. Блинчики с кленовым сиропом – слишком рыхлые и приторно сладкие, рубленые котлеты, завернутые в лепешку и политые густым и тоже сладковатым томатным соусом, – отвратительные на вкус.
На пеммикан, тортилью и крутую маисовую кашу с перцем я лишь глянул – и отвернулся. Все остальное – плохо приготовленные, как бы специально испорченные блюда державной кухни – германской, каледонской, иберийской… Правда, мне настоятельно советовали попробовать яблочный пирог, но у меня уже не осталось веры в заокеанскую кулинарию.
И что посетители тут нашли? Народу, на удивление, много. В основном молодежь и придурки вроде меня, только не фальшивая богема, а настоящая.
Видимо, просто мода. В последнее время стали популярны разговоры про вест-индские колонии, про неизведанные земли, про край, где много железа и меди. «Сакраменто – край богатый, железа – хоть греби лопатой»… Конечно, уезжала в основном голытьба, а такая вот молодежь больше прикидывалась. Глотала мерзкое пойло, орала какие-то безумные песни, танцевала на столах… Я тоскливо пил безвкусное пиво и думал, не обманет ли меня девица из магазина.
