— Я вам не верю.
— Ты не должна переступать через печать, — предупредил рыцарь, указывая куда-то в сторону дверей.
Но Эльза, не слушая, сделала несколько шагов в сторону выхода из храма.
— Она дорого заплатит, — пробормотал старик крестоносец тихо.
— Постой, — отчаянно закричал Инди и бросился за ней. Он вспомнил все, что случилось с Донованом. — Постой, не двигайся!
В это время Эльза, не заметив, ступила на металлическую плиту с изображением печати. В эту минуту для нее на свете не существовало ничего, кроме чаши.
— Эльза! — Инди догнал ее и схватил за руку. Она подняла на него огромные голубые глаза, и он почувствовал, как в груди что-то покатилось и оборвалось.
— Инди, теперь она наша. Наша! Неужели ты не понимаешь? Твоя и моя. Все остальные не в счет. Донована больше нет, а фюреру мы ее не отдадим.
— Она должна остаться здесь, — покачал головой Инди.
Тогда она с неожиданной силой вырвала у него руку и, прижимая к себе чашу, как ребенок любимую игрушку, смело переступила печать и, пятясь, вышла из храма.
Прошло несколько минут, и откуда-то снизу раздался низкий грохочущий звук. Храм вздрогнул, со стен полетели обломки камней и посыпалась пыль. Эльза в ужасе повернула обратно к храму, а Инди попятился, потому что пол у него под ногами задрожал. Он увидел, как закачался один из каменных рыцарей, охранявших вход. Инди едва успел отскочить, как капитель одной из колонн упала и раскололась прямо у его ног.
Генри поднял руки, стараясь уберечь голову от летящих камней. Броди не устоял и упал на колени, потому что пол заходил ходуном.
Подскочивший Салла схватил их обоих и потащил в сторону, и через минуту на та место, где они стояли только что, упала колонна. Старый крестоносец заспешил к лестнице, чтобы через подземный коридор вернуться в свое святилище.
Инди махнул рукой, призывая всех бежать к выходу, но тут увидел Эльзу. Она стояла, замерев от ужаса, глядя на раскачивающиеся как от ветра колонны. Тут земля снова вздрогнула, Эльза потеряла равновесйе и упала лицом вперед.
Чаша выпала у нее из рук и покатилась в сторону. Между ней и девушкой в земле возникла трещина, рассекшая металлическую плиту с печатью. Эльза вскочила на ноги, и оказалось, что правая нога ее стоит на одной стороне трещины, а левая на другой, причем сама трещина медленно расходится.
Ступени, ведущие наверх, к внутреннему святилищу, тоже раскололись, рыцарь упал и скатился вниз. Пол храма разорвала еще одна трещина, перпендикулярная к первой.
