Он двинулся в обход территории раскопок, огибая грузовики и бульдозеры. В его руке, по-прежнему был зажат медальон. Он подумал о том, как эти головорезы Дитриха, которых тот направил в Непал, загубили все дело, и скривился от отвращения.
Хорошо еще, что благодаря этому болвану Тохту, поездка не оказалась совсем бессмысленной: Тохт, жалобно скуля, показал Беллоку обожженную ладонь, рассчитывая на сочувствие. Дурак даже не понял, что на его руке осталась точная копия предмета. Который он так и не смог достать.
Он веселился от всей души, наблюдая, как беспокойно ерзает на месте Тохт, пока он, Беллок, час за часом и день за днем старательно срисовывал у него с ладони узор.
Он работал очень тщательно, пытаясь как можно точнее воспроизвести оригинал. И все же это было не то. Конечно, для расчетов сгодиться и копия, но кто знает, что скрывает реальный медальон, какие тайны.
Беллок засунул диск обратно в карман и. Заметив Дитриха. Подошел к нему. Довольно долго он простоял рядом, не делая попытки заговорить и откровенно радуясь тому, что его присутствие выводит немца из себя.
Наконец Дитрих сказал:
— Все идет хорошо, как ты думаешь?
Беллок кивнул и вновь прикрыл глаза рукой. Сейчас он уже размышлял о другом, о том, что его взволновало: один из подхалимов Дитриха, вернувшись из Непала, рассказывал, что видел там Индиану Джонса.
Конечно, было ясно, что рано или поздно Джонс снова объявится и как всегда принесет собой массу неприятностей. Правда, Индиана так никогда и не смог одержать верх над ним, ему для этого не хватает хитрости.
И интуиции. И решимости идти до конца.
Однако недавно его заметили в Каире с дочкой Равенвуда.
Дитрих повернулся к нему и спросил:
— Ты уже обдумал то, о чем мы говорили?
— Обдумал.
— Я надеюсь, решение — положительное?
— Случается, надежды не сбываются.
Дитрих молча смотрел на француза.
Беллок улыбнулся.
— Однако на этот раз ты прав.
— Ты хочешь, чтоб этим занялся я?
Беллок кивнул.
— Уверен, что ты справишься.
— Не сомневаюсь, — ответил Дитрих.
Глава седьмая
КАИР"
"Стояла теплая душная ночь. Воздух, почти лишенный кислорода, был настолько сухим, что казалось, дневной зной выпил из него всю влагу. Инди сидел с Марион в кофейне, лишь по временам отрывая взгляд от входной двери. Вот уже много часов они скитались по каким-то закоулкам, избегая людных мест, и все же чувство, что за ними следят, не оставляло его. Марион выглядела усталой и разбитой, ее длинные волосы стали влажными от пота.
