Пальцы, задвигавшиеся по клитору вперед-назад в агрессивно-быстром темпе соскальзовали из-за большого количества выделявшейся смазки, но затем возвращались, и прикосновения становились иными — мягкими, неторопливыми, круговыми, и так повторилось несколько раз, пока Лара наконец не захлебнулась собственным то ли уже криком, то ли все еще стоном. В ушах стоял густой белый шум.
Она еще чувствовала частые сокращения внутри, когда Дима вошел в нее одним быстрым движением, от которого снова что-то оглушительно взорвалось во всем теле.
Ноги ее больше не держали, сердце стучало с болезненной оттяжкой, воздуха не хватало. И было слишком, запредельно много ощущений, она с ними не справлялась, проваливаясь, теряя себя в обжигающе ярких реакциях. Никакой послеоргазменной неги не случилось, напротив, Лара готова была кончить то ли во второй, то ли в третий раз в эту самую секунду.
Дима подхватил ее под правое бедро, не давая сползти по стене вниз на отказавших ногах.
Толчки учащались, выбивая из Лары громкие, томные стоны в унисон хриплым мужским, и пошлым, звонким шлепкам их тел друг о друга. Ее грудь опять мучили его губы, пальцы надавили на клитор — коротко, с нужной силой, — и с новым оргазмом Лару волной снесло в совершенное, бестелесное безвременье.
Глава 16
Для позднего вечера четверга в баре было чересчур людно. Пока разогнанная недавним мозговым штурмом кровь бодряще кипела внутри, Дима не догадывался, настолько устал, но на первом же недопитом бокале с виски захотелось попасть в тишину собственного дома.
Бесконечно нарастающий людской гвалт после затянувшегося рабочего дня набирал накопительный раздражающий эффект.
Задач сегодня было, как у Золушки: с договорами закончить, иски написать, позицию пересмотреть, встречи с клиентами и доверителями провести — и конца и края не видно, и почему-то горят сроки, хотя по плану они еще вчера успевали закончить вовремя. В офисе Дима просидел на пару с Лехой до половины девятого, солидарно с ним благодарный одному прекрасному доверителю: спасибо, Сергей Юрьич, что тянули резину и скрывали важную для нашей с вами позиции в суде информацию.
Огромное спасибо, что вообще удостоили признанием.
Вовремя, мать вашу. До заседания две недели. Будет им теперь с Лехой веселье. Круглосуточное.
После работы казалось, что толку сразу ехать домой нет. Голова ясная, организм взбудоражен — какой там сон.
