Исключение

Что со мной? Никогда не была в восторге от оральных ласк, но сейчас страстно желаю ощутить эту толщину на языке.

Артов ловит каждое моё движение. Мы друг друга понимаем. Наши желания совпадают, сегодня, как никогда.

– На колени, – хрипит, чуть надавливая на мои плечи в нетерпении.

Его член почти упирается в мои губы. Нетерпеливо подрагивает, жадно подскакивая перед глазами.

Обхватываю ладонью, с жадностью провожу по возбуждённой плоти, представляя его вкус на языке. Лишь слегка облизываю головку, чем вызываю тихий стон у Артова.

Двигаюсь, ускоряясь. Обхватываю его бёдра, впиваясь ногтями в ягодицы, словно притягивая его к себе ближе, желаю его глубже.

– Расслабь горло, – проводит пальцами по шее. – Я сам…

Тяжёлая ладонь опускается на мой затылок, фиксирует положение, которое его больше всего устраивает сейчас. Начинает двигаться сам, сначала медленно, входит всё глубже, пока не начинаю чувствовать, как толстая головка упирается в глотку.

Стону, кайфую от происходящего. Тело подрагивает, словно сейчас Павел трахает меня между ног, а не в рот. Снова завожусь, в них живота опускается горячий ком, разрастаясь, подводит меня к очередному оргазму.

– Опусти пальчики, кончи вместе со мной…

Послушно опускаю руку, касаясь клитора, двигаюсь ему в унисон в гонке возбуждения.

Павел ускоряется, вгоняя член в мой рот до основания. Глубоко и жёстко, но так возбуждающе остро. Долбит с невероятной скоростью, прижимая, не даёт отстраниться.

Послушно принимаю его полностью – толстый и мощный, он двигается безостановочно. Губы натянуты до предела в тесном захвате горячего ствола.

Артов хрипло стонет, не глушит звуки, отдаётся полностью происходящему. Упирается свободной рукой в стену душевой, словно боится упасть от напряжения, от того бешеного темпа, который сам же задал нам обоим.

Член бьётся в глотку, становится ещё толще, пульсирует. Входит до конца и замирает, взрывается горячими потоками спермы в мой рот.

Павел громко стонет. Слышу маты вперемешку с нежностями и еле слышным шёпотом – неразборчивым, непонятным.

Его ладонь по-прежнему с силой сжимает мой затылок. Кажется, он не в состоянии разжать пальцы, замирает во мне."

"Медленно отстраняется, наконец, выпуская из жёсткого захвата. Перед глазами кружат чёрные мушки.