А еще младшая дочь!
— Вот как? Вы хотите покинуть нас, даже не дождавшись рождения внука?
— Но я могу вернуться, на денек, когда ребенок родится!
— Можете, но я не понимаю, к чему такие жертвы? Вы можете спокойно, в неге и удобстве жить здесь до рождения малыша, а потом уехать. Если не передумаете нас покидать. А так — это же очень трудно — только вы доедете до дома и придете в себя, как надо будет ехать обратно, чтобы успеть к родам.
— Как это? — баронесса пыталась понять, что это ей только что сказал Александр.
— Да просто же! Месяц займет только переход через Горячие пески, не считая дороги по Восточным Землям до Песков и от Песков до столицы империи. И это в одну сторону!
— З-з-ачем через Горячие Пески? — у баронессы задергался правый глаз. — Есть же портал?!
— О, на портал можете не рассчитывать! — Александр широко улыбнулся. — Мы потратили столько энергии, когда переходили сюда, что следующий раз он откроется только через несколько лет.
Поэтому, если вы настаиваете на возвращении, вам придется ехать на верблюдах.
— Через несколько лет… На верблюдах…
— Можете пожить у нас до открытия портала, это лет восемь — десять. Уверяю, что свекровь моей Мадины ни в чем не будет испытывать недостатка! К тому же, вы увидите рождение не только первого внука Бориса, но и остальных его детей, а также сможете наблюдать, как дети растут.
— Дети?
— Конечно, у нас не бывает меньше троих детей, ведь дети — это счастье! Моя Мадина очень добрая и любящая девушка, конечно же, она не ограничится одним сыном. Так что, баронесса, вы решили? Мне приказать готовить караван?
Аниколь посмотрела на повелителя диким взглядом и разрыдалась.
— Повелитель, умоляю! Отпустите меня!
— Полно, леди! Я же вас и не держу! Если хотите, завтра же начнется подготовка к походу.
Не пройдет и месяца, как вы отправитесь в дорогу, а там два — три месяца и вы окажетесь в империи!
— Ы-ы-ы! У-у-у!
— Так как, леди? Вы уезжаете или остаетесь?
— У-у-уезжа-а-а-ю-у!
Хорошо, как скажете. Когда караван подготовят, вам сразу сообщат.
Разбитая и раздавленная, Аниколь вернулась в свои покои, ничего и никого не видя по дороге.
