Значит, дракон удалил отсюда всех наложниц? Понятно теперь, где он пропадает и почему ему некогда меня навестить — приходится за снятием напряжения летать в другой дворец?
— Не знаю, госпожа. Нам никто не говорил, куда отправили остальных наложниц. Пожалуйста, давайте вернемся в ваши покои! Нас очень строго накажут, если вы не вернетесь.
— За что вас-то накажут? — удивилась Алика. — Это мое решение, а вы тут ни при чем. Остановить меня вы не сможете, разве что скрутите по ногам и рукам и понесете назад в виде бессознательной тушки.
— Что вы, госпожа! — испуганно вскинула руки служанка. — Мы не можем доставить вам ни малейшей боли или неудобства.
— Вы — это кто именно? — заинтересовалась наложница.
— Все, кто находится во дворце. Никто, кроме господина, не может прикасаться к вам без вашего разрешения и никто не смеет вас огорчить или, упаси Великий Дракон, причинить боль.
— Это мне нравится. Теперь понятно, отчего так вы все позеленели и только блеете, вместо того, чтобы скрутить и утащить.
Ладно, продолжим прогулку, раз уж выпала такая возможность. Где сейчас господин?
— Сейчас сьерр отсутствует, — донеслось из-за спин «группы поддержки».
— Давно отсутствует? Он вообще часто покидает дворец? Куда ездит или летает? К наложницам?
— Мне неизвестно, где проводит время господин. Отсутствует примерно час.
— Ну и Шитс с ним, — пробормотала Алика, неожиданно для себя почувствовав досаду, что встреча с мучителем откладывается. — Продолжу обзорную экскурсию.
Она обошла весь гарем, затем всю женскую часть — ни одной наложницы ей не встретилось, комнаты были пусты и убраны, будто в них давно никто не живет.
Переход на мужскую половину дворца сопровождался повторением спектакля.
Стражники стояли насмерть, пока она не оказывалась возле них на расстоянии руки — прикосновений наложницы они избегали так, будто оно несло им мучительную смерть.
Немного осмелевшее сопровождение причитало на разные голоса, уговаривая женщину повернуть назад, пока не вернулся господин и всех не поубивал.
Алика в очередной раз отметила, что причитания следуют на хорошем имперском, хотя фразы на абарском тоже доносились. А она столько времени вынуждена была ломать язык и мозги! Сначала в пустыне, когда ее дрессировали Абар с Раимом, а потом при стаде и здесь, во дворце. К ней обращались исключительно на абарском, а единственная наложница, которая знала имперский, исчезла на следующий же день после разговора с Аликой.
