Искры между нами

Слушая мои указания, Даша сделала десяток кругов по парковке и начала успокаиваться, даже хихикала, когда говорил, что в ней пропал талант великого гонщика.

— Теперь выворачивай на дорогу.

— Может, не надо? — снова всполошилась она.

— Надо, Дашенька, надо. Ты сама хотела кататься, теперь поздно отступать.

Бедная моя машина… Как же она дергалась и чихала в неумелых Дашкиных руках… Прямо судороги раненого животного. В испуганном завывании мотора так и слышалось «спаси меня, Магницкий, спаси, не дай погибнуть позорной смертью».

Мы крались по ночным улицам со скоростью тридцать километров в час, останавливались у каждого светофора несмотря на то, что кроме нас на перекрестке не было ни одной машины. Даша пыхтела как паровоз, потными ручонками дергала рычаг передач и больше всего была похожа на маленькую, взъерошенную белку. На ее лице отражалось такое напряжение, что я даже испугался, как бы ее удар не хватил. Даже за коленки боялся ее хватать, хотя хотелось.

— Даша, может…

Договорить она мне не дала.

— Не отвлекай! Видишь, я за дорогой слежу! — неожиданно грозно рявкнула девушка и засопела еще сосредоточеннее.

Не хочешь, как хочешь, а я собирался прекратить твое мучение и пересадить на место пассажира.

Кое-как проехали мимо большого торгового центра со светящимися вывесками, прокрались мимо автовокзала и свернули на очередной проспект. До архива оставалось всего несколько кварталов, и я стал надеяться, что нам удастся добраться до туда без происшествий.

Как бы не так!

Впереди нас ждало кольцо.

Нет смысла объяснять ошалевшей Дашке, что делать с поворотниками на такой развязке. Руль крутит, педали не бросает — уже хорошо. Поэтому я просто сказал:

— Пропускаешь того, кто на кольце.

— С какого перепуга? — воинственно спросила юная гонщица.

— С такого, что у него приоритет.

И вот кольцо совсем близко. Даша посмотрела налево и медленно, чуть ли не ползком, стала выезжать…

И тут, какой-то мудак, выскочил из темноты словно черт из табакерки и начал ей что есть мочи сигналить.

…Только по нужной педали не попала. Ноги перепутала. Бестолочь.

Вдавила газ до упора и с квадратными глазами вперед полетела. Испугавший ее придурок метнулся в сторону, едва избежав столкновения, а я вцепился в руль, пытаясь выровнять машину, потому что она стремительно неслась прямо на столб.

— Отпусти газ, — рявкнул ей на ухо, сталкивая ногу с педали.

Мы остановились. На газоне.