Искры моей души

А я от нее становилась вялой и квелой, и утром точно не проснусь вовремя. Быстренько избавившись от одежды, я постояла под душем, подставив лицо теплым струям — вода всегда успокаивала, помогала прийти в себя и уложить мысли, может, и в этот раз подействует. И да, почти удалось расслабиться: ровно до момента, как я вылезла из ванной и осознала, что под халатом кроме трусиков ничего нет, и вообще-то, привыкнув спать одна, я уже очень давно не пользовалась ни пижамами, ни ночнушками. Ох, да у меня даже футболок не имелось, которые можно было бы использовать в этом качестве.

Не знаю, сколько бы топталась под дверью, не решаясь открыть, если бы в нее не раздался деликатный стук.

— Кир? Все в порядке? — чуть приглушенный голос Росса, от которого я едва не подпрыгнула от неожиданности.

— Да, нормально, — преувеличенно бодро отозвалась, дала себе мысленного подзатыльника и решительно нажала на ручку.

В конце концов, мне обещали сегодня просто спать. Ну а без ничего меня оба видели, и если кого-то что-то не устраивает, не держу рядом… Я вышла из ванной, осторожно покосилась на уже лежавшего под одеялом Шона.

Ой. В лицо как дыхнуло раскаленным ветром из пустыни, и я порадовалась, что сумрак в комнате рассеивали только угли в камине, и меня скрывали тени. Росс, с усмешкой покосившись, смачно зевнул, с хрустом потянулся и скрылся в ванной, а Шон внимательно посмотрел в глаза, выгнув бровь. Ну хоть не ухмылялся, уже хорошо, и не подгонял. Ладно, чем дольше буду мяться, тем больше походить на дурочку, да и чего там Шон не видел, по-честному. Поэтому, на мгновение задержав дыхание, я скинула халат, поведя плечами, и поспешно юркнула под одеяло, пряча взгляд и чувствуя себя слегка не в своей тарелке.

Однако Шон и сейчас не стал комментировать, молча обнял, придвинул к себе и даже заботливо поправил одеяло. На несколько секунд я напряженно замерла, сердце глухо стукнулось в груди, а потом, так и не дождавшись замечаний по поводу того, что на мне одни только трусики, расслабилась, прижавшись к плечу Шона и подавив зевок.

Руки он, кстати, тоже распускать не стал. И я, пригревшись и убаюканная размеренным дыханием, даже успела задремать к собственному удивлению. Смутно услышала, что шум воды стих, потом открылась и закрылась дверь в ванную, но выплывать из уютного полусна ради очередной порции волнений было ужасно лень. Через несколько минут одеяло откинулось, кровать прогнулась, и сердце все-таки нервно дернулось, когда к спине прижалось теплое, сильное тело.