Искры моей души

Ярко-синие глаза смотрели прямо и с доброжелательным интересом, полные губы изогнуты в улыбке. Эмили оказалась миниатюрной худощавой женщиной с правильными чертами, длинной толстой косой до пояса ярко-рыжего цвета, с россыпью веснушек и проницательными серыми глазами. Они смотрелись очень хорошо вместе, Патрик положил ладонь на плечо Эмили, и оба с открытым интересом разглядывали меня, но без всякой неприязни или осуждения.

— Привет, — мистер Рейли первым поднялся, шагнул вперед и протянул руку, которую я осторожно пожала.

— Здравствуй, дорогая, — радостно поздоровалась Эмили, вскочила со стула и к моему удивлению и ошеломлению, крепко обняла, прижав к себе. — Очень, очень рада наконец видеть тебя.

— З-здрасьте, — пробормотала я, не ожидая такого порыва эмоций, и чуть поколебавшись, тоже осторожно обняла миниатюрную женщину."

"— Ну, садитесь скорее, мы уже заказали обед. Что будете? — Эмили отстранилась и окинула меня довольным взглядом, на ее лице появилась широкая улыбка.

Пока мы садились — Шон и Росс, естественно, по обе стороны от меня, — и изучали меню, мне как раз хватило времени, чтобы чуть-чуть прийти в себя и поддержать нейтральный разговор.

— Тут все очень вкусное, — искренне ответила я, осторожно покосившись на нее.

К нам подошел официант, и мы сделали заказ: я остановилась на омлете с лососем, а братья взяли себе фиш энд чипс. Я решила, что точно не осилю полноценную порцию этого блюда, так что, рисковать не стала.

— Кира, Росс сказал, ты из России? — спросила Эмили с приветливой улыбкой.

— Ну да, отдыхать приехала, — отозвалась я, немного расслабившись.

— А из какого города? — поинтересовался Патрик.

— Санкт-Петербург, — честно говоря, я была не слишком уверена, что они слышали о таком…

— О, а мы туда ездили как-то, лет пять назад. Патрик, помнишь? — оживилась Эмили к моему удивлению. — Чудесный город, мы приезжали к нашим знакомым в начале лета.

Я ответила, и дальше завязался непринужденный разговор. Мне как раз принесли мой любимый кофе по-ирландски, и я обхватила чашку ладонями, согреваясь. Родители братьев расспрашивали меня о моей работе — пришлось снова признаваться о том, что я пишу книги, — как вообще жизнь в России, где я еще была.