Куда же дед запропастился? Подойдя к окну, я увидела, что он сидит в беседке. Я спустилась по винтовой лестнице в сад и, подойдя к дедуле ближе, заметила выражение крайней растерянности на его лице.
— Ты уже вернулась? — спросил он так, будто ждал моего возвращения только через пару дней, а я взяла да свалилась ему на голову, как челябинский метеорит.
— Да, и я хотела тебе сказать, что послезавтра можно будет забрать смокинг. А ты чего здесь делаешь?
— Полетт, честное слово, я не хотел, так получилось, — стал оправдываться Ариша, словно нашкодивший ребенок.
— Чего ты не хотел? — удивилась я. — Что получилось?
Вместо ответа дед повернул голову в сторону тайника, оборудованного в скамейке. Я моментально вспомнила, что там лежало.
— Полетт, я никогда не рылся в твоих вещах. Мне и в голову не могло прийти, что там что-то есть. Понимаешь, Денис дал мне на хранение одну вещь, я решил убрать ее в наш тайник и обнаружил там… драгоценности. Полетт, откуда они у тебя?
— Ну как тебе сказать? — замялась я.
— Злодеи оказались богатыми, и мне достались эти трофеи.
— Трофеи, значит? А это случаем не те драгоценности, которые пропали у Мороза?
— Ну, если быть точнее, то не у этого вора в законе, а у матери его гражданской жены.
— Да, я помню, ты говорила, что подбросила сожительнице Аристотеля какую-то цацку, принадлежащую ей, но так и не объяснила, как она к тебе попала.
— Ариша, это долгая история, — отмахнулась я.
— Ладно, долгая так долгая, — дедуля понял, что я не готова делиться с ним подробностями.
— Меня, собственно, другое интересует. Ты можешь себе вообразить, на какую сумму тянут эти драгоценности?
— Если честно, то не очень.
— Полетт, это же целое состояние! Ты хоть представляешь себе, насколько опасно хранить это, — дед посмотрел в сторону тайника, — здесь?
— Представляю.
— Значит, надо избавиться от этих «трофеев», и поскорее.
— Избавиться? Ты предлагаешь выбросить в реку все эти бриллианты… — Я оглянулась по сторонам, но, несмотря на то что никого, кроме воробьев, сидящих на ветке груши, не увидела, стала говорить тише: — Топазы, изумруды в реку? Или закопать их в безлюдном месте, напрочь забыв к нему ориентиры?
— Полетт, ну как тебе мог прийти в голову такой вздор? Я еще не впал в старческий маразм, чтобы предлагать подобные глупости.
По-моему, стоит реализовать эти сокровища, обратив их в хрустящие банкноты.
— Идея неплохая, — согласилась я, — мне и самой она приходила в голову.
