Искупление 6

– Покажи мне, как забыть об этом.

Дрожа, я сделал именно то, что она попросила. Поцеловав ее со всем, что у меня было внутри, наши языки, зубы и губы сталкивались в беспорядочном поцелуе, который совершенно не был похож на наши обычные поцелуи.

Я понял, что этот поцелуй был отчаянием.

Это был вопрос необходимости, необходимость иметь ее рот на моем, так же сильно, как и она нуждалась в моем на ее.

Техника или изящество не имели значения сейчас, потому что необходимость утешить друг друга была чертовски сильной, чтобы думать о чем-то, кроме касания, ощущения, поцелуев, бытия…

Когда она просунула руку между нашими телами и ослабила переднюю часть полотенца, я почувствовал, как мои плечи напряглись от напряжения.

– Я не хочу этого, если ты этого не хочешь, - предупредил я, нужно, чтобы она была очень уверенной в том, что она здесь делает.

В ее голове сейчас все было в беспорядке, и, черт возьми, я не винил ее, но я не тот человек, за которого меня держат.

Я никогда не воспользуюсь тем, что мне не предложат с открытым сердцем.

– Я серьезно, - я настаивал. – Не трахай меня, если потом будешь сожалеть.

– Ты меня не хочешь? – она дышала, протягивая руку за край моей толстовки и грубо стаскивая ее вместе с моей майкой.

– Ты знаешь, что я тебя хочу, - ответил я, когда мой член напрягся. – Но я не хочу, чтобы ты делала это, если твои мысли не в порядке.

Обводя кончик своего языка по нижней губе, она приблизилась и дразнила свой язык своим.

– То, что я хочу… - сильно надавив на мои плечи, чтобы я упал на спину, Моллой быстро избавилась от полотенца и взобралась на мои бедра.

– Я хочу, чтобы ты заставил меня забыть. – Ее пальцы следовали по татуировке на моей груди, и она приблизилась, чтобы провести язык по чернилам. –Ты можешь это сделать для меня, Джо? – Поднимаясь на колени, она потянула за пояс моих штанов. Приподнимая бедра, я позволил ей грубо стащить ткань вниз по моим ногам, вместе с трусами. – Хм? – В тот момент, как они освободились, мой член взлетел вверх, заметно напрягаясь, стремясь к ней. – Ты можешь сделать так, чтобы я забыла все, как ты забываешь все?

Она говорила все правильные вещи, делала все правильные движения, но ее глаза были не теми, ее голос был напряженным, и синяки на ее шее убедили меня, что это было не нормально.

– Я не думаю, что это хорошая идея… - мои слова прервались в шипении от болезненного удовольствия, когда ее рука обвила мой член, грубо его стягивая. – Черт.