Искупление 6

– Давай, Джоуи,- добрый доктор уговаривала, когда она сидела напротив меня в моей личной тюремной камере. Да, мы перешли от Джозефа к Джоуи, а доктор Бьянка Раштон к доктору Би, или просто док. – У нас осталось еще сорок пять минут нашей ежедневной сессии. Ты так хорошо выражаешь свои чувства. Не замолкай сейчас.

Господи, она была демоном в женщине.

Безжалостная в своем стремлении к тому, чего, черт возьми, она хотела.

– Я уже говорил тебе, - сказал я, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди.

Улыбаясь, она откинулась на спинку стула, повторяя мои действия. – Позвонить Ифе.

– Как насчет того, что я действительно чертовски сожалею о том, что сбежал от нее, для начала, - огрызнулся я. – И, может быть, проверить, как там мой малыш, пока я этим занимаюсь? Ты знаешь, как обычно.

– Можем ли мы на мгновение отступить назад и рассмотреть возможность того, что Ифа чрезвычайно гордится тем, что ты завершил свою программу лечения?

– В это было бы намного легче поверить, если бы вы позволили мне поговорить с ней.

– Ты знаешь правила, Джоуи. Эта программа для тебя. Сосредоточься на себе для разнообразия. Ни на твоих братьях и сестрах, ни на твоей девушке, ни на ком-либо еще.

Я знаю, что для тебя это непривычное чувство – ставить себя выше других, но этот перерыв от внешнего мира необходим для твоего выздоровления.

– Как будто ты хоть что-то знаешь об этом.

– Опусти пистолет, Джоуи, - ответила она с грустной улыбкой.

– Да, ну, я так долго сражался, что не знаю, как убрать палец со спускового крючка, - пробормотал я, хрустнув костяшками пальцев. – Черт возьми, может быть, я сумасшедший. Может быть, это и к лучшему, что я не могу с ней поговорить. Я уже протащил ее через кольцо.

– Что заставляет тебя думать, что ты «сумасшедший»?

– Ну и дела, я не знаю, - саркастически протянул я. – Как насчет того факта, что я слышу голос моего покойного отца в своей голове, в дополнение к голосу моей покойной матери.

– Травма проявляется во многих формах и вариантах.

– Да, ну, в моей голове я все еще веду войну, которую не могу выиграть. Против людей, которые не могут больше причинить мне боль, но все еще делают. Итак, я считаю, что это немного глубже, чем травма, док.

– Хорошо, Джоуи, - удивила она меня, сказав. – Это действительно хорошо. Продолжай говорить.

Решив, что мне больше нечего терять, я позволил ей забрать это.