Искупление 6

– Но просто чтобы пополнить этот стакан самоуважения, сегодня мы собираемся изо всех сил побаловать себя, и это будет угощение папы Т,- она посмотрела на мою маму, прежде чем спросить: – Ты стащила кредитную карту, прежде чем мы вышли из дома этим утром, не так ли, Триш?

– Я, конечно, сделала, девочки.

– Ура.- Восторженно хлопая, моя лучшая подруга положила руку мне на плечо. – Мы собираемся нанести некоторый ущерб.

Глава 126.

Сорванные воссоединения.

– Спасибо,что делаете это, – сказал я несколько часов спустя, когда мы подъехали к Розвуд Эстейт.

– У тебя есть свои приоритеты в порядке, любовь моя, - сказала Эдель, когда я вылез.– Вот, возьми это, - сказала она, сунув мне в руки изящный мобильный телефон. – Он полностью заряжен моим запрограммированным номером. Когда ты будешь готова вернуться домой, просто напиши мне, и я приеду за тобой.

– Будет сделано.- Я убрал телефон в карман. – Спасибо.

С ясной головой и тяжелой совестью я толкнул шаткую деревянную калитку внутрь и проделал знакомый путь по садовой дорожке, по пути переступая через собачье дерьмо.

Господи, кому-то нужно было начать убирать за Спадом.

Когда я подошел к входной двери, я слегка постучал, а затем быстро опустил капюшон и выпрямился.

Проглотив свою гордость, если она вообще, блядь, еще существовала, я засунул дрожащие руки глубоко в карманы джинсов и приготовился к неизвестности.

Когда через несколько мгновений входная дверь распахнулась, мое сердце ушло в пятки.

– Я думал, ты не вернешься еще несколько дней.

– Я вернулся раньше, - ответил я, расправляя плечи, в то время как мое сердце бешено колотилось в груди. – Она здесь?

Тони покачал головой. – Она ушла с Триш и Кейси на день девочек. Не будет дома допоздна.

Мое сердце упало еще больше.

– Сто семь дней, - был мой тихий ответ.

Его глаза сузились, и я мог видеть неверие, написанное на его лице. – Покажи мне.

– Покажи мне, Джоуи.

– Я чист.- Тяжело выдохнув, я закатал рукава и протянул руки для его осмотра.

– Без обид, парень, но любые обещания, которые исходят из твоих уст, не внушают мне особого доверия.

Впитывая презрение моего старого босса, я стоял на своем, не желая разворачиваться и уходить. Кроме того, чувство нежеланности не было для меня чем-то новым.

Я чувствовал это всю свою жизнь.

– Итак, ты чист, трезв и восстал из мертвых? – сказал он, следя глазами за венами на моих руках.