Искупление 6

Вместо этого она продолжала стоять в дверях, пока я не уступил и похлопал по матрасу рядом со мной, давая ей то, что ей нужно.

– Прости, - она выдавила, спеша ко мне. – Мне так жаль, - продолжала она плакать, когда ее маленькие руки обняли мои плечи, придавая мне больше веса, чем я мог выдержать.

Было так, будто моя жизнь находилась в постоянном повторении одной и той же сцены, одной и той же боли, день за днем, год за годом, пока меня не сломало.

Тем не менее, я продолжал выполнять роль утешающего брата, уверяя ее, что это не ее вина, что было правдой.

Сегодня вечером не было вины Шэннон.

Ни одна из предыдущих ночей нашего прошлого не была из-за Шэннон.

Это было все они.

Все.

После нескольких сотен заверений, я отказался от надежды на одиночество.

Дрожь, прокатывающаяся сквозь нее, заверила меня в том, что она не покидает мою комнату.

Черт возьми мою жизнь.

Отдавая свою постель, я лег на пол и устроился на ночь, когда разговор переключился с отца на парня, на которого моя сестра была настроена проявлять равнодушие.

Джонни Кавана.

Когда она сказала мне, что он был виновен в ее сотрясении в тот первый день, я почувствовал, что-то устаканилось внутри меня. Потому что наконец-то я получил подтверждение, что то, что с ней случилось тогда, было, на самом деле, случайностью. Парень был почти механически строг в своей жесткости, с безупречными манерами. Академия выработала из него идеального джентльмена. Ни в коем случае он бы не рисковал таким ярким будущим из-за детского трюка.

Я чувствовал запах этого дерьма на расстоянии, каждый раз, когда она отрицала свои очевидные чувства, и улыбался сам себе, слушая, как она болтает о том, кого я подозревал в ее первой настоящей симпатии.

Будучи одним из тех придурков старших братьев, каким я бы никогда не хотел быть, я услышал себя предостерегающим ее, но не потому, что я не хотел, чтобы она встретила кого-то.

Я хотел.

Просто не хотел видеть, как она возлагает свои надежды на парня с таким светлым будущим, как у Джонни Кавана.

Я не сомневался, что она будет следить за ним по телевизору через несколько месяцев, и меня могут называть защитником-дураком, но я не хотел видеть, как моя сестра страдает.

Глава 30. Тебе нужно сказать ему.

Ифа

– Прошла неделя, - воскликнула Кейси, садясь на тот же бархатный стул, что и я, за нашим рабочим местом на уроке биологии в пятницу.