Искупление 6

– Не уходи домой сегодня ночью, - сказала она, после долгого молчания. – Пожалуйста.

– Я не останусь у тебя дома.

Она повернулась, чтобы посмотреть на меня. – Почему?

Я покачал головой. – Я уже тебе сказал.

– Тогда могу ли я остаться у тебя дома?

– Моллой. – Я издал стон страдания. – Не надо.

– Пожалуйста. – Протягивая руку через консоль, она положила ее на мое бедро.

– Я знаю, что я торможу, ладно? Я знаю. Я просто… - Выпустив мучительный рык, она покачала головой и подняла руку, чтобы смахнуть, что, предположительно, была слеза с ее щеки.

– Ты плачешь?

– Нет.

– Моллой?

– Я тупая.

Включив поворотник, я подождал пробоины в движении, прежде чем свернуть в сторону дороги и включить аварийные мигалки.

Припарковав машину, я выключил двигатель, повернулся, чтобы взглянуть на нее.

– Хорошо, тебе нужно начать со мной разговаривать.

– На самом деле, у меня все в порядке, - она всхлипывала, смахивая слезы влево и вправо, когда они капали на ее щеки.

– Черт возьми. Нет, не в порядке. -Толкая сиденье как можно дальше, я отстегнул ремень безопасности и протянулся, чтобы отстегнуть ее, прежде чем прижать ее к себе в объятья. – Иди сюда.

– У меня все в порядке, - она заплакала сильнее, судорожно всхлипывая, когда спрятала лицо в мою шею, она сказала.

– Ты не беременна, правда? – я пошутил, обнимая ее.

– Ты представляешь? – она шутила в ответ, все еще плача.

– Да ни хрена, - я хохотнул. – Я думаю, я лучше открою дверь и лягу под машину.

– Тогда хорошо, что я не беременна, - она ответила, почти маниакально смеясь, прежде чем еще одна волна всхлипов овладела ею. – Вероятно, просто гормоны перед менструацией или что-то в этом роде.

Глава 32. Я наркоман, ты сука.

Ифа

Моя жалкая попытка рассказать Джоуи о нашей маленькой проблеме привела к тому, что он косвенно признал, что он лучше ляжет на магистраль М8, чем станет отцом со мной. Шутя или нет, я не была готова рисковать, особенно когда в пятничном вечернем было так много машин.

Когда мы наконец вернулись к нему домой, у меня не осталось слез, а у него – терпения.