Искупление 6

– Я уже услышала все, что смогу вынести этой ночью, от твоего отца.

– Мам, - я начал говорить, но она покачала голову, затыкая меня своим откровенным равнодушием.

С всхлипом она поднялась со стола, прижала руку к своему растущему животу, и прошла прямо мимо меня, излучая презрение и разочарование. Дверь кухни закрылась за ней, и я почувствовал тот же знакомый подъем отчаяния внутри себя. Это было тот же самый облик, который никогда не удовлетворялся, пока я не заставлял его уходить чем угодно, что мог достать руками.

Беспомощно стоя в кухне, с руками, беспомощно висящими по сторонам, я впитывал в себя ужасные чувства и переживания, бушующие во мне. Не желая разблокировать мышцы из страха перед тем, что я могу сделать.И еще менее готовый нажать кнопку саморазрушения на жизни, которую едва мне удалось вернуть на путь, я склонил голову и глубоко и медленно вдыхал.

Не важно, пытался успокоить себя я, ментально повторяя, ничто из этого не имеет значения, потому что тебе все равно, помнишь?

Тебе все равно.

Тебе все равно.

Тебе чертовски все равно!

Глава 17.Ночной визит.

Ифа

Было чуть позже полуночи, когда меня разбудил скрип открывающегося окна в моей спальне, а затем его тихое закрывание. Мое сердце участилось в груди, когда послышались приглушенные шаги, а затем я почувствовала, как матрас провалился рядом со мной. Сохраняя молчание, я перекатилась на спину и повернулась головой, чтобы посмотреть на своего парня.

Потому что я просто знала, что это был Джоуи.

Полностью одетый, с напряженным телом, он лежал на моих одеялах, с поднятым капюшоном и руками, покоившимися на животе, сверля глазами мое потолок.

Он дышал чрезмерно глубоко и медленно, давая мне понять, что он справляется с чем-то у себя в голове, и вместо того, чтобы обращаться к Шейну, он пришел сюда.

Ко мне.

В темноте, когда только свет луны светил сквозь мое окно, чтобы осветить нас, мы лежали бок о бок. Мое тело было обложено теплом, а его холодом. Отражение наших жизней. Не произнося ни слова, я протянула руку и взяла одну из его крупных рук в свои и поднесла ее к губам.

Ему нужно было обработать это. Ему нужно было сделать следующий шаг самостоятельно. Я не могла сделать это за него. Сделав четыре мягких поцелуя на каждый из его костяшек со шрамами, я прижала его руку к своей груди и ждала. После того, что показалось вечностью, он выдохнул больно и переплел мои пальцы со своими. Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, и я сделала то же самое.