Искупление варвара

— Это просто для того, чтобы очиститься, — говорит он хриплым голосом. — Я никогда не прикоснусь к тебе без разрешения.

Я киваю, потому что не уверена, что еще сказать. Разве это плохо, что я снова хочу потереться о него?

Несколько часов спустя я настолько чиста, что чувствую себя другим человеком. Я не могу перестать прикасаться к своей нежной коже, и иногда я вижу, как двигается моя рука, и она такая бледная, что я даже не уверена, что она моя. Некоторые из самых спутанных прядей волос пришлось обрезать, и поэтому мы использовали нож Бека, чтобы обрезать их до плеч, но в результате у меня получились по-детски мягкие рыжевато-каштановые волосы, которые я смутно помню из своего детства.

Мне это нравится. Они кажутся такими легкими и воздушными, что я провожу по ним пальцами, с трудом веря, что это мои собственные волосы.

А Бек? Бек не может перестать пялиться на меня.

Я замечаю это, когда надеваю через голову чистую тунику и иду посидеть у огня. Он хлопочет вокруг меня, вытирая пол и выплескивая грязную воду, но каждый раз, когда он смотрит в мою сторону, кажется, что он смотрит очень долго, изучая мое лицо.

— Что? — наконец спрашиваю я, неуверенно и застенчиво. — Что не так?

— Все в порядке, — практически рычит он на меня.

Нервничая, я начинаю закрывать лицо волосами, чтобы скрыть это.

— Не надо, — тихо говорит он. Он подходит ко мне и присаживается рядом на корточки. Нежными руками он убирает мои волосы с лица и заправляет их мне за уши. — Я не хотел ставить тебя в неловкое положение.

Я смотрю только потому, что… ты выглядишь по-другому.

— Мне это нравится. Слишком сильно. — Его голос хриплый. — Никогда не прячь от меня свое лицо. — Бек легонько касается моей щеки, а затем встает на ноги. Когда он это делает, я замечаю выпуклость спереди на его набедренной повязке, которую он незаметно поправляет, уходя.

Хорошо. Я не знаю, что об этом думать.

Больше не произносится ни слова, пока мы сидим у костра, а Бек чистит свое оружие. Кость, которую они используют для своих копий и ножей, легко изнашивается, говорит он мне, и за ней нужно постоянно ухаживать.

Я предлагаю сделать это, но он только притворно рычит на меня, и поэтому я сажусь у огня и еще немного играю со своими волосами. Я просто играю со своими чистыми волосами и наблюдаю, как он работает… и думаю.

Я много думаю. В основном о Беке. А именно… о его теле. После того, как мы закончили принимать ванну, и я была закутана в меха, мои волосы были безупречно чистыми, мне захотелось спать.