Искупление варвара

Я поговорил со всеми ними, но мой кхай по-прежнему молчит.

Конечно, поскольку мы с Вазой единственные, кто видел человеческих женщин, это означает, что нас постоянно донимают вопросами. Я игнорирую их, потому что, что я могу сказать? Не будет иметь значения, как выглядит человек, если есть резонанс. Молодой Таушен мог бы найти отклик у грязной, злой маленькой самочки, и резонансу было бы все равно. Тихий Варрек может найти отклик у женщины, которую обожает Ваза, а Харрек может найти отклик у той, что с розовыми волосами и постоянным плачем, и они сведут друг друга с ума.

Резонансу все равно. Он только хочет, чтобы они спаривались и создавали потомство. Оно знает это лучше, чем мы.

Однако Ваза дает им достаточно описаний, чтобы подогреть их аппетит, в то время как я этого не делаю. Он говорит о красивой, хрупкой Чейл с ее смуглой кожей и тугой шапкой седых кудрей. Он говорит о розоволосой с большой грудью. Он говорит о высоком, сильном человеке со светлым облаком волос, и Таушен, и Харрек, похоже, заинтересованы в ней.

И он говорит о вонючей самке, которая слишком худая и маленькая, у которой нет ничего, кроме глаз и грязи.

Она никого не интересует. Я не могу винить их — она непривлекательна как пара, у нее нет силы в конечностях, нет округлой мягкости, как у других человеческих самок. У нее нет ни улыбки, ни сладкого голоса, и от нее воняет. Тому, кто найдет в ней отклик, предстоит нелегкий путь, и я не завидую этому мужчине.

Ладно… Я все же немного завидую ему.

Ваза рассказывает о темных глазах Чейл и ее милой улыбке у костра этим утром, когда Рáхош врывается обратно в деревню вскоре после ухода.

Это привлекает мое внимание, и я выпрямляюсь у костра, роняя копье, которое затачиваю. Рáхош направляется прямо к хижине вождя и исчезает внутри.

Я знаю, что это значит. Я борюсь с волнением в груди и бросаю взгляд на Вазу и Харрека.

— Думаю, Рáхош нашел са-кoхчка.

Другие самцы вскакивают на ноги, в их глазах светится возбуждение.

— Если это так, тогда мы должны собрать всех неспаренных охотников, — восклицает Харрек, в его манере нет и следа его обычного лукавого смеха.

 — И это означает, что мы познакомимся с человеческими женщинами.

— Иди найди Таушена и Варрека. Я поговорю с Вэкталом и посмотрю, что смогу выяснить.

Я направляюсь через деревню, выстраиваясь в очередь к хижине вождя. Самки гуляют повсюду, но когда я прохожу мимо, человеческие пары моих друзей и собратьев-охотников игнорируют меня.