– Я думаю, Поппи смирилась с мыслью, что нельзя избежать жизненных бурь и катастроф, но зато можно найти верного человека, чтобы повернуться к невзгодам лицом.
– Хорошо сказано, phral, – улыбнулся Кэм, прижимая к груди темноволосого сынишку.
Лео поднялся и отставил свой бокал.
– Я пойду умоюсь перед ужином.
Оглядев комнату, он изобразил легкое удивление:
– Я не вижу Маркс. Надеюсь, что она спустится к ужину, – мне необходим хороший спор.
– Когда я ее видела в последний раз, – ответила Беатрис, – она обыскивала дом в поисках подвязок. Доджер украл их все из ее комода.
– Беа, – прошептала Уин, – лучше не упоминать слово ""подвязки"" в смешанной компании.
– Хорошо. Но я не понимаю почему. Все знают, что мы их носим, – почему мы должны делать вид, что это секрет?
Пока Уин пыталась тактично объяснить, Лео улыбнулся и поднялся наверх.
Однако, вместо того, чтобы пройти в свою комнату, он дошел до конца коридора, повернул направо, и постучал в дверь. Не дожидаясь ответа, он вошел.
Кэтрин Маркс, тяжело дыша, повернулась к нему лицом:
– Как вы осмелились войти в мою комнату без... – ее голос затих, когда Лео закрыл дверь и подошел к ней.
Облизав губы кончиком языка, она отступала, пока не оказалась у угла маленького туалетного столика.
Ее волосы спадали светлым шелковым потоком на плечи. Глаза Кэтрин потемнели до сине-серого цвета бушующего океана. И пока она смотрела на Лео, щеки ее порозовели.
– Зачем вы вернулись? – тихо спросила она.
– Ты знаешь, зачем, – Лео медленно положил руки на столик по обе стороны от нее. Девушка пыталась отступить назад, но места для движения не осталось.
Аромат ее кожи, смешанный с запахом мыла и свежих садовых цветов, достиг его ноздрей. Чувственные воспоминания парили вокруг и между ними. Когда Лео заметил ее трепет, то ощутил порыв нежеланного жара. Его кровь превратилась в жидкое пламя.
Пытаясь держать себя в руках, Лео глубоко вздохнул.
– Кэт... нам нужно поговорить о том, что случилось."
