И хуже всего было то, что она услышала голос приближающегося к комнате господина Бримбли.
– ...конечно, мистеру Ратледжу нужно сообщить. Когда будете докладывать. И во что бы то ни стало, не забывайте...
Не имея ни времени, ни возможности, чтобы обдумать возможные варианты или последствия, Поппи бросилась в обнаруженную за камином дверь, закрывшуюся за ней.
Она оказалась, в полной темноте, напряженно прислушиваясь к тому, что происходит в офисе. Очевидно, ее не заметили. Мистер Бримбли продолжал говорить кому-то что-то о дополнительных проблемах и ущербе.
Поппи пришло в голову, что ей, возможно, придется довольно долго ждать, когда управляющий снова выйдет из своего офиса. Или можно поступить по-другому. Конечно, она могла просто вернуться в комнату и обнаружить свое присутствие. Однако девушка боялась даже представить, сколько объяснений ей придется дать, и насколько неловкой будет ситуация.
Повернувшись, Поппи увидела, что находится в длинном коридоре, тускло освещаемом откуда-то сверху.
Она пригляделась внимательней. Источником света был люк дневного света, подобный тем, которые древние египтяне использовали для определения месторасположения звезд и планет.
Она услышала неподалеку от себя шорох, издаваемый хорьком.
– Отлично, Доджер, – пробормотала она. – Ты втянул нас в эту переделку. Почему бы тебе не помочь мне найти выход?
Доджер двинулся вдоль прохода и исчез в тени. Поппи вздохнула и последовала за ним. Она не собиралась паниковать, научившись во время многочисленных бедствий Хатауэев, что потеря самообладания никогда не помогает в подобных ситуациях.
Пробираясь в темноте, Поппи держалась за стенку, чтобы не потерять ориентир. Она прошла всего несколько ярдов, когда услышала громкий шорох. Застыв на месте, Поппи стала внимательно прислушиваться.
Все было тихо.
Но ее нервы натянулись до предела, а сердце бешенно заколотилось, когда она увидела впереди свет лампы. А затем он погас.
Она была здесь не одна.
Шаги приближались все ближе и ближе с целенаправленностью хищника.
Кто-то шел прямо к ней.
Теперь, решила Поппи, наступило самое подходящее время, чтобы запаниковать. Ощущая самый настоящий страх, она круто развернулась и рванула назад, откуда пришла. Быть преследуемой неизвестным человеком в темном коридоре было новым опытом даже для Хатауэев. Девушка проклинала свои тяжелые юбки, хватая их в охапку и пытаясь бежать быстрее. Но преследователь был слишком ловок, чтобы можно было сбежать.
