— Что значит — я творю? Ведь это ты взвалил меня на свое плечо и притащил на этот матрас. Я лишь подхватила твою инициативу.
Он сглотнул. Я же провела ладонью по его затянутой в рубашку груди. Какой же он огромный мужчина. Сильный. Под моими руками перекатывались мышцы.
— Астрид, — тише выдохнул он. — Опомнись и взгляни на меня. Я ведь урод..."
"Нахмурившись, приложила палец к его губам, чтобы не слышать этого. Он замер. Я же продолжала с любопытством изучать его внешность. Черные жесткие волосы, высокий лоб, широкие брови, небольшая морщинка на переносице, наверное, оттого что он постоянно хмурится.
Красивые глаза, подведенные темными длинными ресницами. Ровный нос, твердый рот.
Я хорошо помнила, какое удовольствие могут доставить эти жесткие губы. Проведя по ним подушечкой пальца, улыбнулась.
Дракон, кажется, даже не дышал. В его карих очах плескалось столько эмоций — гнев, ярость, страх и нечто еще. Тоска и жажда.
Убрав ладонь от его рта, переместила свое внимание на щеку. Провела пальчиком по самому глубокому рубцу.
Такая грубая, сухая кожа.
— Ярвен, ты столько лет воевал, столько видел и неужели так и не понял, что человеческое уродство всегда кроется в душе. И только там. А шрамы — это украшение воина, — я снова скользнула пальцам по глубокой, темной борозде. — Это доказательство мужества, силы, смелости. Но все же их нужно смазать травяным кремом на жиру. Я обязательно подловлю момент, когда ты сомкнешь глаза, и подкрадусь к тебе с бочонком.
Он молчал. Не отталкивал и не поощрял, просто смотрел на меня не мигая.
В этот момент я ощутила себя не просто послушницей, женщиной с большой дороги, девки, каких тысячи, а кем-то важным и бесценным. Значимым и нужным.
— Ты, Ярвен, мужчина со шрамами и не более того, — прошептала, вернувшись к его губам, обвела их пальцами и улыбнулась сама себе. — Уродов я видела столько, что на жизнь хватит. Бывало, смотришь, стоит у таверны. И вроде видный, и внешность смазливая, а через час, налакавшись браги, он за волосы пытается затащить тебя за угол.
Или сидят вояки за столом с кружками и хвалятся друг перед другом, как деревню от магов зачищали, а ты держишься за рукоять меча и умоляешь себя не пустить им кровь прямо здесь, потому как видела ту деревню. Хоронила своими руками стариков, женщин, детей и всего два или три мужика, пытавшихся защитить свои семьи. Вот они уроды, Ярвен. Тебе ли об этом не знать?
— Астрид, у нас нет будущего...— выдохнул он, но я накрыла его рот ладонью.
— Я провидица, дракон.
