Что я обжору свою не знаю? Да ей каждый повар за отца родного. За кусок хорошего мяса она и на голове пройдется, и на хвосте покрутится без колебаний. Чего уж поделаешь — чешуйчатая раба своего неуемного аппетита.
Услышав заветное слово «еда», Лючи дернула лапками и повернулась на живот. Ее взгляд тут же метнулся в сторону миски.
Ксани усмехнулась и покачала головой.
— Не дури меня, магичка. Я же вижу, как он на тебя смотрит. Знакомы вы и не отпирайся.
— Я его не знаю, — упрямо выдохнула и отвернулась.
— Зато он знает и, кажется, хорошо.
Прислушайся к тому, как он с тобой говорит. Будто вы старые друзья.
Я промолчала, но задумалась. Глупо отрицать, было в этом Ярвене нечто настораживающее...
***
... Я так и не уснула. Через приоткрытый полог палатки медленно проступал тусклый свет первых лучей солнца. Тронув меня за плечо, Ксани жестом указала — пора. Я поднялась. Повязав на плечи плащ, спрятала под него недовольную Лючи. Ей наш план явно не нравился.
Похоже, моя обжора не понимала, зачем бежать оттуда, где так хорошо кормят.
Но ей же не объяснишь, что не ради желудка хозяйка живет. Выбравшись наружу, мы крадучись добрались до полевой кухни и запустили свои носы в мешки с провизией драконов.
Ксани по запаху отыскала вяленое мясо и сухари. Набрав снеди и повязав узелок с едой на пояс, я сунула полоску мяса и Лючи, дабы поднять ей хоть немного настроение.
Послышалось тихое специфическое чавканье.
Закатив глаза, лисица указала в сторону леса.
Мы ушли быстро и тихо.
..
***
Весь день мы двигались строго на север, не останавливаясь ни на минуту. Старались не оглядываться и постоянно искать звериные тропы. Это тоже дороги, пусть и лесные. Утро выдалось морозным, а к вечеру совсем похолодало. Изо рта вырывался пар. Ноги откровенно коченели.
Я все вспоминала одеяло, оставленное в палатке. Эх, мне бы его сейчас порвать на лоскуты и на ноги намотать.
— Тихо! — Ксани резко остановила меня взмахом руки. — Запах...
Она присела и потянула воздух носом.
Я замерла и огляделась. Внезапно перед глазами вспыхнула картина:
Я лежу на спине и мне чудовищно холодно. Огромный мужчина с покрытым шрамами лицом яростно замахивается на меня мечом. Ярвен в бешенстве. В его глазах горит холодное магическое бордовое пламя. Меня трясет то ли от холода, то ли от смертельного ужаса. Журчание воды. Я пытаюсь отползти и вдруг понимаю, что лежу на том, кто мертвой хваткой держит меня за волосы.
Я видела эту картину и раньше.
