Онлайн-библиотека книг
У Мерседеса, в который стреляли, несколько пулевых отверстий в лобовом стекле, но стекло не разбилось."
"Все его двери открыты, и, хотя я была полностью готова к тому, чтобы обнаружить мертвых людей, машина пуста. Вместо этого снаружи стоят трое мужчин в темной одежде, все с оружием. Двое из них в костюмах. Один – крупный блондин с хмурым лицом, другой – блондин с хмурым лицом, другой – худой, с длинными каштановыми волосами, завязанными на затылке. Они заставляют толстяка встать на колени перед их третьим спутником.
На нем простая черная рубашка и брюки. Его рукава закатаны выше запястий, обнажая намек на татуировки. Одна его рука лежит на боку, а другая держит пистолет у головы толстяка.
Я вижу только его профиль сбоку, но этого достаточно, чтобы понять, что он главный.
Это босс.
С такого расстояния я не могу сказать, как он выглядит, разве что у него темные волосы и светлая щетина. Он также высокий. Такой высокий, что я чувствую его превосходство даже из своего укрытия.
Я бросаю взгляд на фургон, который остановился позади них, и жалею об этом.
Желчь поднимается к горлу, и я глубоко вдыхаю, чтобы не вырвать и не выдать свое существование.
Я отвлекаюсь от этого и нелогично возвращаюсь к сцене передо мной, когда снова начинается этот иностранный язык. Двое мужчин разговаривают с боссом на незнакомом мне языке. Я думаю, что он восточноевропейский.
– Кто тебя послал? – спрашивает босс с русским акцентом, и я сглатываю от спокойной силы, стоящей за его словами.
– Пошел ты, Волков, – рычит Пухлый Мужчина с акцентом, итальянским.
– Это неправильный ответ. Ты дашь мне правильный или мне отправиться за твоей семьей, как только я закончу с тобой?
На висках толстяка выступил пот, и он выругался по-итальянски, это я узнала. Это единственный иностранный язык, на котором я хоть как-то говорю, кроме английского.
– Тебе-то что? – Пухлый Мужчина сильно дергается.
– Это не ответ. Полагаю, ты предпочёл бы, чтобы я занялся твоей семьей.
– Нет. Подожди!
– Последний шанс.
– Босс хотел присмотреть за ... – Толстяк не успевает закончить фразу, как главный нажимает на курок.
Выстрел звенит в воздухе с навязчивой окончательностью.
Я хлопаю себя по губам обеими руками, чтобы не закричать. Мой желудок сжимается, готовясь вырвать яблоко, которое я съела на ужин.
