Искушенные обманом

Надеюсь, это не написано у меня на лице или я не покраснела до ушей.

Филипп ненадолго замолкает, погруженный в свои мысли.

– Он один из партнеров исполнительного продюсера, или деловых партнеров, или что-то в этом роде. Мэтт привел его, если я правильно помню. У тех, у кого есть деньги, есть много друзей с деньгами, которые абсолютно не ценят искусство.

Так что даже Филипп почти ничего о нем не знает.

– Я слышала, он из мафии, – шепчет Стефани, словно не желая, чтобы кто-нибудь услышал.

Мое сердце бьется сильнее, когда я бормочу в ответ.

– Он из мафии?

– Думаю, да. Похоже, Мэтт боялся его больше, чем считал деловым партнером.

Я позволила информации закружиться в моей голове, благодарная за наблюдения Стефани. Я была слишком сосредоточена на Адриане, чтобы заметить поведение Мэтта, или кого-то еще.

– Откуда ты это знаешь?

– Дорогие вкусы Мэтта и его жены привели их к неприятностям. Но быть связанным с мафией – это совсем другое. Я слышала, что жизнь для них ровным счетом ничего не стоит.

Она может сказать это снова.

Адриан, конечно, не колебался, когда прикончил этого человека.

– Тише, Стефани, – ворчит Филипп.

– Просто говорю. – Она меняет музыку на Фортепианный концерт № 2 Чайковского, не обращая внимания на недовольные возгласы Филиппа.

Я глубже погружаюсь в свое кресло, впитывая только что полученную информацию. Значит, Адриан из мафии. Это может быть еще один слух, но почему-то я ему верю.

Больше всего меня раздражает его отношение к Мэтту. Я не думаю, что это совпадение.

Но что еще это могло быть?

Мы прибываем в клуб прежде, чем я успеваю найти ответы на свои вопросы, хотя они не были получены, когда речь шла об Адриане."

"Мы со Стефани обнимаем Филиппа за плечи, когда он торжественно входит в клуб под названием «Голубой Бриллиант».

Грохочущая музыка приветствует нас, как только мы оказываемся внутри. Это место битком набито людьми, пьющими и трущимися друг о друга. Синие огни отбрасывают на них фантастический оттенок, когда ди-джей творит свою магию с последними модными хитами.

Кое-кто из балерин тоже сидит на полу, танцует и трясет задницами. В то время как многие из нас предпочитают классическую музыку, другие – хамелеоны, и слушают и танцуют все, что угодно.

Филипп раскачивается, кружит нас со Стефани, а потом перекрикивает музыку.

– Alors (пер. с фр. «тогда»), улыбнись немного. У нас впереди целая ночь. Идите в бар, угощаю.

Больше похоже на угощение его мужа, поскольку «Голубой Бриллиант» принадлежит ему.