Искушенные обманом

Свист эхом разносится в воздухе, прежде чем первый удар обрушивается на мою задницу. Я кричу, мой крик отражается от стен.

Черт возьми.

Мне никогда не было так больно. У меня как будто кожа лопается, но это не так. Боль застряла между воздухом и ремнем.

– Мы начнем все сначала, Лия.

– Н-но почему?

– Я велел тебе считать.

Его ремень снова опускается на мою задницу, и это еще хуже, чем в первый раз, обжигая мою кожу и вырезая себе место под ней.

– Может, мне начать все сначала? – Его голос беспечен, но не может быть более жестоким.

– Один… – хнычу я.

Взмах. Шлепок.

– Два! – Я кричу, слезы собираются в уголках моих глаз, и мое неровное дыхание отскакивает от дивана.

Шлепок.

– А-а-а... три… – Мой голос срывается, когда мои ноги дрожат, а желудок переворачивается.

Вот когда я это чувствую.

Глубокое сокращение живота и резкий палец, пробивающийся сквозь мои складки.

– Ммм. Я знал, что тебе нужна боль вместе с удовольствием, Лия.

– Нет... нет… – Я хочу стереть доказательства, по которым он скользит пальцами, возбуждение, глубокое покалывание, которое я чувствовала всего несколько раз, прежде чем это началось, когда он толкнул меня лицом вниз на стол и взял меня, не сдерживаясь.

Только теперь это, кажется, усилилось, достигнув новой высоты, о существовании которой я и не подозревала.

О Боже.

Неужели со мной действительно что-то не так? Вот почему я так реагирую на его извращенное наказание и садистское доминирование?

– Отрицай это сколько хочешь, Лия, но твоя киска знает, чего хочет.

Взмах. Шлепок.

Взмах. Шлепок.

Моя задница пульсирует, и мое возбуждение продолжает покрывать его пальцы. Бесстыдно. Беспрестанно.

– Четыре... пять… – Мой голос заканчивается хриплым криком, когда он снова хлещет меня. – Шесть!

Я сейчас вся в слезах. Мои слезы мочат диван и просачиваются в рот, заставляя меня чувствовать соленый вкус. Блестящий пот покрывает мою кожу и горящую задницу.

Хотела бы я, чтобы это было все.

Я хотела бы рыдать только из-за боли, но моя киска пульсирует с такой же яростной потребностью, как пламя, взрывающееся на моей заднице.

Звук ремня в воздухе добавляет еще больше мучений и предвкушения предстоящего удара. Когда он встречается с моей плотью, я рыдаю. – Семь…

Я хочу вздохнуть с облегчением, что все кончено, но боль в моей киске запрещает мне это. Если порка что-то и сделала, то это определенно заставило меня разгорячиться, покалывать и чертовски нервничать.