Искуситель

Нью-Йорк никогда не спит. Кое-как совладав с телефоном, я все-таки вызываю такси.

Хочется надеяться, что завтра меня не замучит похмелье, но верить в чудеса я бросила еще в старшей школе. Голова разболится так, что я еще сама попрошу Джейн наслать на меня какой-нибудь заговор посильнее. Оставив спящую подругу в одиночестве, я выбрасываю из головы дурацкую пентаграмму и представляю, сколько таблеток аспирина придется выпить, чтобы унять боль. Но это ведь будет завтра, правда? И разбираться с этим будет совсем другая Сильвия – недовольная, растрепанная и злая на весь мир.

Сейчас я приветливо улыбаюсь таксисту и сажусь на заднее сиденье подъехавшего «Доджа», кокетливо поправляя платье. Поглядываю в зеркало заднего вида: светлые волосы аккуратными локонами спадают на плечи, макияж почти не поплыл – побледнела помада на губах, да и только. Даже пьяной я выгляжу идеально, и это одна из моих побед. Если не получается пробиться умом и талантом, то почему бы не сделать ставку на красоту и обаяние?

Водитель делает мне скидку и спрашивает, не хочу ли я как-нибудь встретиться.

Мечтай, мужик, ты для меня все-таки староват. Но, выходя из машины, я все-таки коротко улыбаюсь ему. Мы никогда больше не встретимся, но бедняга заслужил хотя бы искру надежды. Да и настроение сегодня такое – улыбаться хочется всем, лишь бы не Дереку.

Хихикая, я машу рукой консьержу на первом этаже, поднимаюсь к себе и с трудом справляюсь с замком. Ключ не попадает в скважину. Ну почему сегодня все идет наперекосяк? Поддается дверь только с четвертого раза.

Квартира встречает меня ароматом сладковатого парфюма и неприветливым холодом. Но какая разница? Алкоголь до сих пор бурлит в крови, я прохожу в спальню и валюсь на кровать, едва сбросив туфли и надев пижаму вместо неудобного платья. Смесь из пива, странных коктейлей и пары глотков русской водки дает о себе знать, и отключаюсь я мгновенно.

Завтра еще не один раз пожалею о том, что вообще пошла на эту вечеринку. Но только завтра.

Полуденное солнце с легкостью пробивается сквозь неплотно закрытые жалюзи, лучи скользят по светлому прикроватному столику, по дорогому паркету, широкому изголовью кровати и скомканной простыне.

Я ворочаюсь во сне и поплотнее кутаюсь в одеяло. Сегодня суббота, и просыпаться не хочется, пусть время хоть к обеду клонится. Но сон ускользает сквозь пальцы, уступая место ноющей головной боли, сухости во рту и смутным воспоминаниям о том, что произошло вчера ночью.

Черт бы побрал эту вечеринку.