Искусное соблазнение

Арнольд на мгновение задумался, потом неохотно кивнул.

– Ладно. Даю вам ровно минуту, и ни секундой больше.

Поняв, что сейчас произойдет, Грег втянул голову в плечи и поднял сжатые кулаки. Он не привык к честному бою. Хаммитт предпочитал убивать выстрелом в спину, отдавать приказы подручным или прибегать к грязным приемам. Вот и сейчас, согнувшись после первого тычка в живот, он вытащил из кармана припрятанный нож. Но осторожность отнюдь не принадлежала к числу достоинств Нейтана. Он бесстрашно бросился на нож и, схватив, отшвырнул его.

Грег замолотил кулаками в жалкой попытке отразить натиск. Нейтан даже позволил ему разок попасть в цель, чтобы придать бою видимость поединка, но это не помогло. Первый же удар в лицо сбил Хаммитта с ног. Нейтан отступил, не испытывая желания избивать бесчувственное тело. Обещанная минута еще не истекла, а схватка уже закончилась.

Глава 48

Джудит и Джек отправились на бал вдвоем в карете, их родители ехали следом в другом экипаже. Девушек сопровождал эскорт из четырех вооруженных всадников – по возвращении в Лондон за Джек повсюду следовала охрана.

Эти рослые, сильные мужчины, хотя и одетые в ливреи, вовсе не походили на слуг. Джеймс настоял, чтобы его дочь охраняли постоянно. Джудит думала, что в этом причина дурного настроения подруги. Жаклин не любила, когда ее опекали.

Джудит бросила взгляд на кузину, смотревшую в окно. В этот вечер обе девушки блистали яркой красотой. Джек была необычайно хороша в темно-розовом шелковом платье. Тонкий белоснежный шифон, нашитый поверх шелка, смягчал густой цвет, придавая ему дымчатый пастельный оттенок, подобающий юной дебютантке.

Изысканные украшения – розовый кварц и бриллианты – дополняли ее наряд.

Джудит надела новое платье, заказанное на следующий день по приезде. Сказать по правде, она вовсе не нуждалась в пополнении гардероба и могла бы выбрать любой из полудюжины еще ни разу не надетых бальных туалетов. Покупка нарядов всегда успокаивала ее мать, а Розлин нуждалась в утешении, после того как узнала обо всем, что случилось в Америке.

Новое платье было бледно-голубым. Этот цвет Джудит любила больше всего, голубые наряды различных оттенков составляли добрую половину ее гардероба. Синюю отделку толщиной в дюйм многие сочли бы чересчур смелой для столь молодой девушки, но Розлин не стала возражать, ведь этот цвет изумительно подчеркивал такую же яркую синеву глаз Джудит. И разумеется, Розлин тотчас восполнила пропажу драгоценностей дочери.