Несмотря на свою требовательность, Кассиан не давил. Я знала, что стоит оттолкнуть его и он непременно остановится.
А чего хотела я? Сложно… Было слишком сложно понять!
Губы мужа сместились к шее, нежно целуя кожу, царапая ее зубами и посылая мурашки вдоль позвоночника. Сильные руки опустились на бедра. Толкнув коленом мою ногу, он вклинился между ними, прижимаясь ко мне всем телом. Чувствительная грудь терлась об него, юбка неприлично задралась. Наши дыхания смешивались, сердце билось с такой силой, что едва ли не оглушало.
Кассиан был возбужден, я отчетливо чувствовала это. И с осознанием данного факта подступила паника, заставившая меня часто дышать.
Я помнила боль, помнила страдания, которые испытывала раньше.
“Долг жены смиренно терпеть!” – насмехаясь, когда-то говорил Андрес. Даже сейчас, находясь с тем, кого люблю, кто никогда не причинял мне боли, я не могла избавиться от демонов, терзающих душу. И мужчина это заметил, тут же отстраняясь.
– Даника! – в сиреневых глазах вспыхнуло волнение.
– Я сделал что-то… Черт! – зарычал он, тут же одергивая себя. – Прости! Я потерял голову… Мне не следовало так…
– Нет… все нормально! – прошептала одними губами, сжимая в кулаках ткань его рубахи.
Я любила этого мужчину, верила ему, но не готова была вновь проходить через боль, с которой сталкивалась неоднократно.
– Я… я не могу! – слезы выступили на глазах, и я жалобно всхлипнула, чувствуя себя никчемной в этот момент.
– Боги, не этого я хотел! – обреченно застонал мужчина.
– Знаю, – содрогнулась я всем телом, так и сидя на столешнице, по которой была рассыпана мука.
– Нет… ты меня неправильно поняла! Я облажался, поспешил… – затараторил Кассиан.
Впервые видела его столь растерянным.
– Дело не в этом. Я просто не могу! – сжалась, обнимая себя руками и стараясь унять дрожь. – Понимаешь, не могу! Кассиан, я словно сломанная кукла и не гожусь для…
– Андрес! Опять он! Я прав? – оскалился мужчина. – Он… черт! Он не только эмоционально тебя мучил! Как я сразу не понял?! – взъерошив пятерней волосы, мой северный лорд отступил, принимаясь мерить шагами кухню, словно дикий зверь, загнанный в клетку.
– Мало ему было тех плетей. Если бы я знал, выпотрошил бы ублюдка еще вечером на балу! – часто задышал он. – Так, ладно… Я до него позже доберусь.
Кассиан вновь шагнул ко мне, тут же смягчаясь. Бережно убрав локон, упавший на мое лицо, он коснулся костяшками пальцев щеки, стирая текущие по ней слезы. – Не плачь. Меня убивают твои страдания.
