Я плавилась под умелыми ласками мужа, чувствовала, как по мере того, как он разжигает мое тело, мысли затуманиваются, оставляя лишь волшебные ощущения.
Взяв с полки мягкую губку, мужчина нанес на нее немного мыла, принимаясь неспешными массажными движениями растирать мою кожу, касаясь самых чувствительных мест, но не затрагивая то, где нуждалась в нем больше всего.
И лишь когда вся пена стекла в воду, Кассиан выбрался из купели и обернул вокруг бедер мягкую ткань, хотя сделать это оказалось несколько проблематично.
Я искренне старалась не пялиться на него, но проиграла самой себе, ошеломленно скользя взглядом по невероятному телу мужа.
Он явно заметил мой живой интерес и, усмехнувшись, раскрыл передо мной второе полотенце.
– Иди сюда!
– Я могу сама… – немного смущенно поднялась.
– Знаю, не упрямься! – счастливо улыбался он, будто только что получил заветный подарок.
Стоило приблизиться, и Кассиан укутал меня в мягкую ткань, подхватывая на руки, лишь для того, чтобы мгновением позже уложить на кровать.
Поцелуи возобновились, вот только теперь они стали еще более нетерпеливыми. Полотенце соскользнуло с моего тела, стоило мужчине оказаться сверху, собственнически разводя мои ноги и устраиваясь между ними.
Внизу живота скручивался тугой узел, превращающийся в ноющую боль. Я сгорала в объятиях собственного мужа, желая, чтобы он не останавливался.
Все было как на поляне, только в сотни раз сильнее. Цепляясь за широкие плечи, хотела, чтобы Кассиан оказался еще ближе, а он продолжал меня мучить нетерпеливыми ласками.
Поцелуи сместились к груди, ниже и еще ниже…
– Кассиан… – ахнула, ошеломленно распахивая глаза, когда слишком чувствительную кожу обдало горячим дыханием. Стыдясь своего положения, я хотела закрыться.
– Тише, – усмехнулся он, не позволяя мне пошевелиться. – Если не намерена меня остановить совсем, не мешай.
– Это смущает…
– Тогда не смотри! – его ответ стал последним предупреждением, прежде чем меня прошила стрела незнакомого ранее удовольствия.
Сгорая от стыда и ощущая греховное прикосновения его губ, не смогла сдержать голос, нарушая тишину громкими стонами.
Я уже ходила по тонкой грани, когда он остановился, едва не заставляя пискнуть от разочарования.
Правда продлилось оно недолго. Муж вновь поднялся, нависая надо мной на локтях, чтобы не придавить своей внушительной массой.
– Даника, видят боги, я так тебя люблю… – хриплым от сдерживаемых желаний голосом произнес Кассиан, ускоряя сердца бег.
