Ведь он мне сейчас предложит на него работать, если я не ошибаюсь.
— Если ты будешь работать на меня, — прямо сказал Мутный, — получать будешь гораздо больше, чем у Толстикова или еще там у кого.
Ну, вот, не ошиблась. Я задумчиво покрутила в руках пистолет.
— Я навел о тебе справки, — хладнокровно продолжал Мутный; на ствол в моих руках он даже не смотрел, — так что возможности твои реально оценить могу. Да и ты мои, — усмехнулся он, — можешь. Этот Крокодил тебе наплел, наверное…
— Наплел, — не стала спорить я.
— Ну и?..
Теперь я усмехнулась:
— Сам ведь понимаешь, такие дела в минуту не решаются. Подумать надо.
— Думай. — Он пожал плечами. Затушил докуренную сигарету в стоявшей на столе пепельнице и закурил новую.
Выглядел он спокойным совершенно.
Да и я тоже, надо сказать, истерики тут не устраиваю. Так что — на равных мы пока. Если не принимать такого фактора, как заряженный пистолет. В моих руках.
* * *Принимать предложение Мутного я не собиралась. Даже мысли такой у меня не было.
Нет, никакие моральные проблемы вроде предательства или еще там чего меня ни в коей мере не беспокоили.
Просто я всю свою жизнь, как и знаменитый Остап Сулейман Мария Бендер, старалась по возможности не нарушать Уголовный кодекс. По крайней мере — явно и целенаправленно.
А тут мне предлагают стать, проще говоря, бандитом. Не пойдет. Даже при всех моих достоинствах, при всем моем профессионализме, я рано или поздно попала бы в руки родной милиции. А у меня тетушка еще пожилая, пенсионерка, да и сама я что-то спокойную жизнь полюбила.
Нет, не пойдет. Не в спокойной жизни здесь, конечно, дело, а… все равно — не пойдет.
Мы сидели молча, курили вот уже минут пятнадцать, я ответа Мутному еще не давала. Хотя, пожалуй, надо бы ответить…
— Согласна, — просто сказала я.
Может быть, так я узнаю про Василия.
Мутный кивнул. С места он не сдвинулся. И я осталась так же сидеть на подоконнике, пистолета из рук не выпускала. Мутный мне еще не верил и был, конечно, прав.
* * *Мы пили кофе. Завтракали бутербродами с колбасой.
Мутный в общих чертах рассказал о своей, так сказать, организации и выгодах, которые я получу, если в эту организацию вступлю. Правда, ничего такого, что можно было использовать во вред его деятельности, он не сказал. То есть никакой нужной мне информации. И о Василии — ни слова.
Пистолета я ему не отдала. Сунула его за пояс своих брюк сзади так, чтобы выхватить можно было сразу при первой же попытке Мутного… как-то мне повредить.
