Искусство притворства

Неужели ему не понравилось? Что ж, если она недостаточно хороша для него, то это ее нисколько не волнует! Ведь это не она, а он настоял на том, чтобы она изображала невесту.

— Вот, возьми! — Илиос протянул ей несколько коробочек и, так и не ответив на ее вопрос, уладился в сторону своей спальни.

Взяв коробочки, Лиззи направилась в гостиную. «Не смей плакать!» — сказала она себе. Но она и так не заплачет — с таким-то количеством туши на глазах!

Бросив пальто на диван, Лиззи открыла одну из коробок — и тихо вскрикнула.

Она не могла поверить своим глазам: бриллиантовое ожерелье, блиставшее на бархатной черной подушечке, не могло быть реальным! И таким же был сочетавшийся с ним браслет. Лиззи быстро закрыла коробку. Возможно платье ее смутно напоминало то, что было на Одри Хепберн в старом фильме «Завтрак у Тиффани», но надеть украшения, стоившие королевского состояния — просто для того, чтобы подчеркнуть свой образ, — она не могла."

"Она собиралась уже открыть другую коробочку, когда появился Илиос. Он явно только что вышел из душа — волосы его были влажными.

Неожиданно Илиос протянул руку. На раскрытой ладони лежали запонки: Илиос просил ее помочь ему вдеть их. Во рту у нее мгновенно пересохло, и внутри стала медленно нарастать боль. Будто дым от лесных пожаров, она постепенно обволакивала все ее тело.

Кое-как ей удалось встать на ноги, подойти к нему и взять запонки. Розово-золотистые, простой формы, они показались ей приятными и теплыми на ощупь. Инициалы на запонках немного стерлись, но Лиззи смогла различить сплетенные буквы А и М.

Почти машинально она потерла их пальцем.

— Это запонки моего отца, — раздался голос Илиоса прямо у нее над головой. — Венецианский дизайн. В нашей семье существовала такая традиция: отец дарил сыну запонки, когда он становился взрослым. Но мой отец не смог подарить мне запонки, поэтому я стал носить его…

Второй раз за полчаса Лиззи сдержала слезы, напомнив себе о том, что глаза у нее накрашены.

Глядя на голову Лиззи, склонившуюся над его запястьем, на ее стройную шею, Илиос едва сдержал желание дотронуться до завитка ее волос, намотать его на палец.

Он сам легко мог закрепить запонки — и сделал бы это гораздо быстрее, чем Лиззи, — но решил попросить ее. «Хотел проверить, годится ли она в жены? — с самоиронией подумал он. — Или проверял себя, желая доказать, что не испытываешь к ней никакого влечения?»

Пальцы Лиззи не слушались, дрожали. Она ощущала запах его тела, смешанный с тонким запахом мужского одеколона.