Искусство убивать

Кроме того, я понимала, что ей очень хочется иметь внука, а я не смогла подарить ей его и теперь уже никогда не смогу. Очень может быть, что мисс Нил способна сделать это. Наверное, было бы лучше, если бы я исчезла куда-нибудь…

Из сада с радостным криком прибежала Розалинда. Ее пухлые щечки раскраснелись и были похожи на два спелых яблока. Это положило конец нашему мнимо откровенному разговору. Солнце закатывалось за горизонт. Я встала и пообещала, что сделаю все, чтобы Арчи был счастлив. Когда мы вернулись в Стайлз, я обнаружила, что муж, как я и ожидала, не приехал домой.

Я выкупала Розалинду, понаблюдала за тем, как она ужинает, и уложила ее спать. Затем я написала у себя в комнате несколько писем.

В первом из них я нарочито невнятно и двусмысленно извещала Арчи о том, что меня обуяло желание уехать из дома. Наш брак, писала я, достиг критической точки, и мне надо все обдумать. Пусть он не волнуется, я буду отсутствовать всего несколько дней. Моя любовь к нему не угаснет, заверила я Арчи. Второе письмо я написала брату Арчи Кэмпбеллу, человеку благоразумному, на которого можно было положиться.

Разумеется, я не могла открыть ему всю правду, это было бы рискованно для семейного благополучия, но намекнула, где меня следует искать в случае чего. Кёрс сказал лишь то, что я должна поехать в один из северных курортных городков. Как знать, сколько их там, на севере?.. Я подписывала письмо, когда зазвонил телефон. Должно быть, это Кёрс. Он хочет сообщить мне какую-то информацию. Я поспешила взять трубку – и услышала голос Шарлотты, почувствовав облегчение и одновременно смутное разочарование.

– Привет, дорогая, – произнесла я. – Надеюсь, ты там вовсю развлекаешься.

– Да, это был чудесный день. Но не буду утомлять тебя подробностями. Я хотела спросить: может, мне лучше вернуться домой прямо сейчас?

– Зачем? Возникла какая-то проблема?

– Нет-нет, просто подумала, что я нужна тебе.

– Глупости. Я предвкушаю тихий вечер у камина, а Питер составит мне компанию.

– Ты уверена? Я не могу со спокойным сердцем веселиться, зная, что тебе грустно и одиноко.

– Ой, брось. У меня все прекрасно. Отдохни там как следует. Увидимся, когда вернешься.

Я поднялась к себе, испытывая угрызения совести из-за того, что обманула Шарлотту. Поэтому написала и ей; увы, искренности в моем письме не было ни на йоту. Я объясняла, что не могла раскрыть свои истинные чувства по телефону и почувствовала необходимость уехать из дому, так как голова у меня здесь раскалывалась.