Искусство убивать

Уверена, он женился на мне отчасти потому, что мои родители были богаты и со временем я должна была унаследовать их состояние.

– А потом мы переехали южнее, где публика была иного сорта, и Патрика все больше заботил вопрос о том, что мы имеем и чего не имеем. Он упросил меня взять у отца крупную денежную сумму, чтобы приобрести более солидный дом в Гилфорде. Со временем и этот дом стал казаться ему недостаточно большим и шикарным. Я тогда любила мужа – или думала, что люблю, – и старалась угодить ему во всем. Но потом произошел несчастный случай, и после этого все стало гораздо хуже.

– Что за несчастный случай?

– Патрика вызвали как-то среди ночи к роженице. На обратном пути его машина столкнулась с другой. Патрик был за рулем. Женщина, ехавшая в том автомобиле, была непоправимо искалечена, мужчина умер на месте. Патрик потерял сознание – врачи предполагали, что он ударился головой о рулевое колесо. Его вылечили, и казалось, он полностью оправился от травмы, но спустя несколько месяцев я заметила, что мой муж изменился.

Дыхание его стало невыносимо зловонным, он раздражался по любому поводу, а в гневе был просто страшен. Слава богу, мы бездетны. Он-то, конечно, хотел детей – точнее, сына. Но мы не могли их иметь. И вот после этого несчастного случая Патрик начал наказывать меня.

– Он не мог понять, почему Бог, природа, я или все мы вместе отказываем ему в праве иметь сына, который был бы его повторением на земле. Это стало навязчивой идеей Патрика. Он заставил меня перенести несколько операций; чего он только со мной не выделывал.

Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь одно: я нахожусь сейчас в таком плачевном состоянии из-за мужа.

Она замолчала. Было слышно, как за окнами ветер шумит в деревьях. Вдали завыла собака.

– Вы серьезно больны? – спросила я.

– Да. – Она провела костлявой рукой по лбу. – Я никому не говорила, боясь, что это дойдет до Патрика, но врачи считают – надежды нет.

– У меня застарелая опухоль в матке, и избавиться от нее невозможно. – Флора попыталась храбро улыбнуться, но на лице ее отразилась боль, и физическая, и душевная.

 – Как видите, я могу все-таки пригодиться вам.

– В каком смысле? Не понимаю.

– Вы можете осуществить то, ради чего приехали.

– Отравить вас? Нет, это исключено.

– Но, дорогая, давайте смотреть в лицо фактам. Мне осталось жить каких-нибудь два-три месяца. Если я могу спасти жизнь вашей дочери, вы не должны препятствовать этому. Это единственное разумное решение.

Я посмотрела в зеленые глаза Флоры.