Испанский реванш (СИ)

 — Запомни, Анна, моя сестра — ещё совсем малышка! Я не позволю ни твоему начальнику, ни какому-либо ещё стервятнику приближаться к ней!

— Да ей двадцать шесть лет!

— И что с того? Она ещё ребёнок и ничего не знает об этой жизни!

— Я была всего на год старше, когда познакомилась с тобой! Но что-то ты не считал меня ребёнком!

— Ты — это совсем другое дело!

— Ну, разумеется! Я же не испанка! И у меня нет брата, который бы заставил тебя жениться на мне! Чужих баб можно трахать, а своих вы бережёте!

— Так вот в чём дело? Ты решила мне отомстить за то, что я на тебе не женился? Поэтому вовлекаешь в свои тусовки Марисоль?

— Я тебе повторяю, что никого ни во что не вовлекала! Мы просто пошли потанцевать и случайно встретили Владимира.

— Да, я понимаю, понимаю, — продолжать неистовствовать испанец, — случайно встретили Владимира, случайно встретили того мудака, о которого ты так старательно тёрлась в танце.

— Не твоё дело о кого я трусь! Ты мне никто!

— Правда, Анни, я тебе никто? — Хавьер угрожающе нагнулся к ней.

У девушки перехватило дух от его близости. Испанец схватил Анну за плечи, резко притянул к себе и жадно впился в губы. Она не могла пошелохнуться. Поцелуй Хавьера был долгим, глубоким и жарким, как андалузская ночь. Когда мужчина, наконец, отпустил её, грудь девушки прерывисто вздымалась, щёки пылали, а голова кружилась.

— Ну, давай, нинья (niña — исп. малышка), повтори, что я тебе никто.

— Что такое? Слова закончились? — съязвил Хавьер и снова начал целовать русскую.

В этот раз его губы нежно скользили по губам девушки, её лицу, шее. Как в бреду Анна отвечала на его поцелуи. Гладила широкую мужскую спину, зарывалась пальцами в густые волосы. Через тонкую ткань топа Хавьер почувствовал, как затвердели женские соски, и он не смог удержаться от искушения, чтобы не дотронуться до них. Едва пальцы испанца коснулись выступающих бугорков, русская тихонько застонала.

— Ты всё ещё моя Анни, — шептал Хавьер, покусывая мочку уха девушки, — ты хочешь меня, как и прежде.

Мужчина провёл кончиком языка по ушной раковине, и Анна инстинктивно сжала бёдра. Испанец с трудом оторвался от русской. Молча завёл мотор. Девушка плохо соображала. В её голове стоял туман: алкоголь и жгучее плотское желание затуманили сознание. Всего за несколько минут Хавьер, воскресил все потаённые инстинкты, которые столько лет спали глубоко внутри.