Испанский реванш (СИ)

— Условия изменились, — произнёс с самодовольной улыбкой парень. — Теперь моя компания готова купить Ваш участок вот за эту сумму.

Володя протянул лист бумаги, на котором были написаны смехотворные цифры.

— И, естественно, об удовлетворении Вашего условия — сохранить оливковые деревья — речи больше не идёт.

— С чего такие перемены? — напряженно поинтересовался мужчина.

— С того, сеньор Эрнандес, что Вы — банкрот.

Хавьер невидящим взглядом уставился в пространство. Значит, Анна всё же выполнила обещание. Поэтому и не пришла на встречу.

Струсила. Испанец почувствовал горький привкус обиды и разочарования.

— Вы согласны? — спросил Владимир на ломаном английском.

— Разумеется, нет! — гордо ответил Хавьер, комкая лист с новой ценой и отправляя его в корзину.

— Сеньор Эрнандес, на Вашем месте…

— Встреча окончена! — гаркнул испанец.

Володька не ожидал такого поворота. Он был уверен, что сделка уже у него в кармане. Как сгладить углы и вырулить снова на путь переговоров спесивый мальчишка не знал.

— Возможно, Вам надо больше времени, чтобы хорошо всё обдумать? — сменив дерзкий тон на заискивающий, спросил Владимир.

Отец его растерзает. Была бы здесь Анька, она бы всё уладила. И чёрт дёрнул папашу отстранить её от проекта именно сейчас.

— Я готов вернуться к обсуждению, если на переговорах будет присутствовать Анна.

Испанец был уверен, что русская постарается под любым предлогом избежать личной встречи с ним. А ему так хотелось посмотреть девушке в лицо. В эти красивые и одновременно лживые глаза.

Ведь Хавьер готов был поклясться, что Анна до сих пор любит его, хоть и не признаётся в этом. Он читал любовь в её взгляде, когда они оставались наедине. Видел, как девушку трясёт от его прикосновений, как розовеют щёки в его присутствии. А теперь получается, он ошибался, и всё было игрой с её стороны? Испанец отказывался в это верить.

— Это невозможно, сеньор Эрнандес, — Владимир знал, что отец не меняет своих решений. — Анна больше не работает у нас в компании.

Хавьер окончательно запутался.

Что-то не сходилось в этой истории. Если Анна рассказала всю правду о его финансовом положении шефу, как он мог её уволить? За что?

— Ну, знаете, как это бывает, — мерзко усмехнулся Вовка. — Любовники сорятся, потом мирятся. Шут их разберёт.

— Любовники? — переспросил испанец, решив, что русский перепутал слова из-за плохого знания английского.

— Ну да. Мой отец и Анна. У них свои дела. Я не лезу.

Хавьер почувствовал острый укол в области сердца.