За пару минут, которые были недолгими, но примерно достаточными для того, чтобы мое сердце забилось в странном предвкушении, он добрался до своего офиса. Я вошла всего в нескольких шагах позади него.
Я наблюдала, как Аарон подошел к своему креслу и позволил своему телу упасть на него, его веки закрылись, а правая рука потянулась к лицу. Он потер глаза.
Должно быть, он думал, что он один, потому что я не думала, что Аарон когда-либо позволял себе так выглядеть, когда рядом кто-то был. Устало. Настоящий, а не тот стальной фасад, который он всегда надевал.
Точно так же, как это случилось в субботу, желание утешить его снова возникло. И, несмотря на это, я чуть было не направилась в его сторону и не спросила, все ли с ним в порядке. К счастью, немного здравого смысла, который у меня был рядом с этим человеком, вмешался и не дал мне опозориться.
Аарону не нужно было мое утешение. Он даже не хотел быть моим другом.
Стоя по другую сторону его стола, только этот предмет функциональной мебели разделял нас, я, наконец, обратила внимание на свое присутствие.
— Поздравляю! – выпалила я с особой долей энтузиазма, о чем тут же пожалела.
Аарон выпрямился в кресле, его ладонь упала на подлокотник.
— Каталина, — сказал он голосом, который теперь я не могла слышать, не думая о прошлой субботе. Его пристальный взгляд остановился на мне, черты его лица снова собрались воедино. — Спасибо.
—Ты заслуживаешь повышения.
Он заслуживал. И, несмотря на все, что я чувствовала в тот момент, я была только рада за него.
Искренне.
Он молча кивнул.
Вцепившись в свой ежедневник обеими руками, зная, что это единственный способ удержаться от беспокойства, я искала в своем разрозненном разуме способ высказать то, что я пришла сюда сказать, пока мы молча смотрели друг на друга.
— Я думаю, мы должны… Я замолчала, все еще не находя способа сказать это. Я думаю, будет лучше, если мы… — я покачала головой. — Я знаю, что у тебя, вероятно, нет времени на разговоры. Но я думаю, что мы должны это сделать, — я наблюдала, как он нахмурился.
— Наедине, — он нахмурился еще сильнее. — Если у тебя есть время, конечно."
"Я не хотела, чтобы эта дверь за мной закрылась, потому что мысль о том, чтобы быть в комнате с Аароном, заставляла мое сердце делать глупые вещи, которые я очень старалась игнорировать. Но это был единственный способ убедиться, что никто не войдет или не пройдет мимо и не подслушает нас.
— Конечно, — сказал он, все еще хмуря брови. — У меня всегда есть время для тебя.
