Вся моя, — его взгляд смягчился, проникнув в мое сердце и вытащив что-то, оставив маленькую дырочку позади. Ту, которую я не была уверена, что когда-нибудь смогу заполнить снова.
Аарон наклонился, его губы опустились где-то рядом с моим бедром, задевая кожу до самого места соединения моих бедер. Он поцеловал ее там. Потом еще раз. И еще. Он хмыкнул, а затем опустился ниже, как будто не мог ничего с собой поделать, его язык погрузился в мой центр.
Контакт был коротким, но он заставил мои чувства взлететь, из меня вырвался стон.
Удовольствие вырвалось из этой точки. Распространяясь, как электричество, разрывая каждое нервное окончание в моем теле.
Реакция Аарона была мгновенной, все его тело ожило, засуетилось. Его губы прошлись по моему телу, оставляя за собой дорожку обжигающих поцелуев. Покрывая нежными поцелуями мою челюсть, шею и плечи. И когда его вес, наконец, опустился на меня, я смогла дотянуться до его лица руками. Поднеся его к своим губам, я поцеловала его. Медленно, но внимательно. Оставив нас обоих задыхающимися.
— Аарон, — прошептала я между тяжелыми вдохами, — это реально? — я не могла в это поверить; это было похоже на сон. Как будто я могу проснуться в любой момент.
Аарон посмотрел мне в глаза, вероятно, заглядывая в какое-то место глубоко внутри меня. То, к которому у меня самой не было доступа. Но взамен он сам предоставил мне этот доступ. Все, что мы чувствовали, все, что было похоронено и отвергнуто, всплыло на поверхность. Обнаженные. Мы были лишены всех претензий друг к другу.
— Это настолько реально, насколько это возможно. Как и все, что когда-либо будет — он коснулся поцелуем уголка моих губ.
Его слова, неприкрытая открытость в голубизне его взгляда, жар его тела, то, как оно обволакивало меня… все это заставило мое сердце разорваться. Заставило каждую клеточку моего тела яростно задрожать и разлететься на миллион осколков.
Аарон, должно быть, чувствовал то же самое, потому что наши тела появились из тумана и пришли в неистовство. Его пальцы и язык очертили контуры моего тела.
Губы, шея, ключицы, груди. Все горело под губами Аарона. Его бедра покачивались напротив моей сердцевины, толкая его длину между моих ног, кончик скользил вниз с каждым движением его тела, пока не достиг моего входа.
Когда он оторвал рот от моей обожженной кожи, его взгляд вернулся к моим глазам. Спрашивая разрешения без слов."
"— Да. Да, — я сопроводила свой ответ толчком бедер в него. — Пожалуйста, — выдохнула я, снова надавливая.
