Закончив, старший лейтенант отбросил кусок ветки, которой составил схему, и проговорил:
— По-моему, так выглядят подземные коммуникации базы Алиханова.
Чертеж представлял собой схему зигзагообразного коридора, имеющего пять поворотов. Каждый из них отклонялся от прямой градусов на 30, что означало — насквозь главный ход не просматривается. От него отходили различные помещения. В одном было указано хранилище теплых вещей, дров и угля, в другом нагромождение печек-«буржуек», о чем ранее упоминал Лопырев, далее арсенал, слева склад с продовольствием, за ним — казарменные помещения и отсек караула.
В конце предбанник, из которого вел вход в помещение, где обитал сам Ильяс и откуда имелся запасной выход. Майор обратил внимание на крестики, которые были начертаны над складами боеприпасов и продовольствия. Он спросил у Лопырева:
— А это ты что отметил?
— Точно не скажу, но, находясь на поверхности, я видел короткие концы каких-то труб. Примерно над арсеналом и складом продовольствия.
Тогда я посчитал это за вентиляционные отводы. Что собой представляют эти трубы на самом деле — не знаю! Но решил отметить, на всякий случай."
"— Молодец, что отметил. В нашем деле, Степа, мелочей не бывает. Лучше при составлении схемы объекта изобразить десять лишних, несущественных предметов, чем упустить один, имеющий место быть. Даже если он будет представлять собой обычный воткнутый в землю лом. Так что все ты сделал правильно.
Москвитин стер схему, взялся за сумку. Достал из нее два автомата «АКС-74», два пистолета «ПМ», штатное оружие особиста и следователя, две гранаты, собрал под изумленным взглядом старлея снайперскую винтовку. Разложил оружие перед собой. Посмотрел на Лопырева.
— Ну что, Степа? Могу я доверить тебе оружие?
Старший лейтенант, стараясь казаться безразличным, пожал плечами:
— Вам виднее!
Но майор заметил, как в глазах Лопырева промелькнул нехороший, хищный блеск.
Проговорил:
— Автоматы с гранатами и мне пригодятся, а вот один пистолет я тебе, пожалуй, оставлю. А то, не дай бог, выскочит откуда боевик, а тебе и защититься будет нечем! Держи и проверь ствол!
Москвитин бросил пистолет Лопыреву.
Старший лейтенант поймал его, выщелкнул обойму, убедился, что в ней восемь патронов — полный боекомплект, передернул затворную раму, догоняя первый патрон в патронник, поставил «ПМ» на предохранитель.
