Испорченная безумием (ЛП)

— Я не думаю, что какие-либо действия Невио совершены Богом.

— Определенно нет. Я дьявол, Лотта, — сказал Невио.

Я удивленно вскрикнула, не услышав, как он вошел. Баттиста уставился на меня широко раскрытыми глазами, прижимая ко рту венчик, покрытый его слюной.

— То, что у тебя есть ключ, не означает, что ты должен входить без предупреждения, — озвучила мои мысли Карлотта.

Она поднялась на ноги и разгладила юбку.

— Антония заедет за мной через пять минут. Мне следует спуститься.

Она прошмыгнула мимо Невио, схватила сумочку и ушла.

Избегать визитов членов нашей семьи становилось все труднее и труднее. Это был только вопрос времени, когда у них возникнут подозрения и они заявятся без предупреждения. Тогда я не была уверена, как нам удастся скрыть от них существование Баттисты.

Невио присел на корточки рядом с Баттистой и протянул ему венчик, который тот уронил. После минутного колебания Баттиста взял его и засунул обратно в рот. Он выглядел невероятно мило, и на сердце у меня потеплело.

Карлотта была права. Чем дольше я заботилась о нем, тем тяжелее становилось.

— Я думаю, нам нужно снова обсудить вопрос с Баттистой. Так дальше продолжаться не может.

Пристальный взгляд Невио поразил меня.

— Я знаю.

Я была удивлена и немного подозрительна к его ответу.

— Мне нужно знать, когда ты поговоришь со своими родителями. Это не может быть соглашением без конца.

Невио снова кивнул.

— Было бы лучше, если бы его усыновили мои родители или, может быть, Киара и Нино.

— Разве ты не хочешь быть ему отцом? — спросила я, чувствуя тяжесть на сердце.

Баттиста пристально посмотрел на меня, как будто понял, о чем я говорю.

— Нет, — твердо сказал он. — Ради него я собираюсь сделать правильный выбор.

Я уставилась на него, не убежденная.

— Ты просто не хочешь брать на себя ответственность. Будь честен.

Он пожал плечами.

— Мне двадцать один, и это даже не главная проблема.

— Мне восемнадцать, и я заботилась о нем ради тебя. Это не вопрос возраста.

— Ему будет лучше без меня как его отца, Рори.

Никто не собирается противоречить мне по этому вопросу.

— Мне бы тоже было лучше без тебя, но тебе на это наплевать.

Баттиста начал суетиться, его нижняя губа задрожала. Нам не следовало обсуждать это с ним в комнате. Он был всего лишь младенцем, но мог уловить наше волнение.

Выражение лица Невио стало жестким, затем его губы растянулись в резкой улыбке.

— С тобой я поступаю не благородно. Я слишком сильно хочу тебя для этого.