Испорченная безумием (ЛП)

Все нормально."

"Мама медленно кивнула, но я видела ее беспокойство. Я села не для того, чтобы поговорить о себе, и поэтому быстро сменила тему.

— А как насчет папы, ему тяжело из-за того, что он больше не сможет увидеть своих сестер?

Когда папа только вступил в Каморру, он не общался со своими сестрами, потому что все трое вышли замуж за членов Фамильи. Остальные члены его семьи, Скудери, все еще жили в Чикаго, где родился папа, но он никогда не говорил о них. Мне было грустно от того, что наша семья была такой маленькой, хотя Фальконе были мне роднее.

— Твой отец сейчас очень сосредоточен на обеспечении нашей безопасности. Он и Фальконе должны принять новые меры предосторожности, ведь нападение может произойти в любой момент.

Я не чувствовала опасности. Лас-Вегас всегда был крепостью, самым безопасным местом, и я все еще не могла представить, что Фамилья нападет на нас здесь.

— У него нет времени думать о том, что это значит для него и его сестер.

Я с сомнением посмотрела на нее.

Она улыбнулась.

— Я всегда забываю, насколько ты повзрослела. У твоего отца, как и у большинства мужчин в этом мире, построены высокие стены вокруг сердца, и он никогда полностью не опускал их ради своих сестер после их воссоединения. Думаю, ему так легче справляться с ситуацией, но это все равно нелегко.

Я кивнула.

— Иногда мне хочется быть похожей на папу в этом отношении, чтобы так легко защитить свое сердце.

— Это не плохо, если у тебя большое сердце, Аврора. Ты очень любящий человек, не позволяй никому отнять это у тебя. Мне это в тебе нравится.

Я закатила глаза, но в то же время мое сердце радостно забилось.

Мама внимательно наблюдала за мной.

— Тебе грустно, потому что ты больше не сможешь увидеть свою семью в Нью-Йорке?

Я пожала плечами, внезапно расчувствовавшись.

— А тебе?

Мама очень хорошо ладила с моими тетями Арией, Лилианой и Джианной, и, учитывая, что у нее больше не было своей семьи, я могла только представить, как это, должно быть, тяжело для нее.

— Я буду скучать по ним, — тихо сказала она, грустно улыбнувшись мне. — Я знаю, тебе было тяжело, когда умерла бабушка, а теперь ты теряешь еще больше близких людей.

Я опустила взгляд на ноги.