Испорченная безумием (ЛП)

— Ты, наверное, попросил Массимо и Алессио сообщать тебе последние новости о моей личной жизни, чтобы ты мог прилететь и все испортить, если тебе захочется.

— Я нехороший парень. Я очень, очень плохой парень, пытающийся быть чуть менее плохой версией самого себя. Боюсь, позволять девушке, которую я хочу больше всего на свете, встречаться с другими парнями не входит в мою стратегию самосовершенствования. Так что да, если бы я узнал, что парень пристает к тебе, я бы позаботился о том, чтобы он пожалел об этом.

Я не была по-настоящему удивлена.

Я даже не была так раздражена, как должна была быть. Часть меня любила Невио именно по этой причине, как бы безумно это ни звучало. Возможно, это было в моих генах. Мама влюбилась в папу, хотя даже не выросла в мире мафии, хотя знала, что от него одни неприятности, и даже после того, как он убил ее отца. Влюбляться в плохих мужчин казалось моей судьбой. Могли бы вы избежать судьбы?

— Баттиста хочет немного поиграть в песочнице. Я могу привести его, как только ты переоденешься в сухую одежду, чтобы ты мог провести с ним некоторое время, если это часть твоей стратегии самосовершенствования? — я приподняла бровь, как ему нравилось делать.

Помимо моего гнева из-за того, как он обращался со мной, я была еще больше в ярости из-за того, что он бросил Баттисту, своего собственного сына, когда тот больше всего нуждался в нем. Я не была уверена, как он вообще собирался заглаживать свою вину. Баттиста был еще маленьким, ему не исполнилось и двух лет, так что, возможно, со временем он забудет, что его отец пропустил большую часть его ранней жизни.

— Я собираюсь сделать это шаг, Рори. И я не буду снова делать это наполовину. Я здесь, чтобы остаться, чтобы взять на себя ответственность за моего сына и за тебя.

— Ты не несешь никакой ответственности, когда дело касается меня, Невио. Мы не пара. Ты ушел. Ты пошел дальше, — я напряженно улыбнулась. — Но я рада, что ты решился наконец стать отцом своему сыну. Он заслуживает хорошего отца.

Баттиста ненадолго оторвал взгляд от песка, вероятно, из-за моего напряженного голоса, но после моей улыбки сосредоточился на песочном замке перед собой.

— Из того, что я слышал, у него уже есть хорошая мама, — сказал он, и его темные глаза смягчились.

Я с трудом сглотнула.

— Кто-то должен был позаботиться о нем. За свою короткую жизнь его достаточно часто бросали.

— Ты не должна была. Ты могла бы переложить эту ответственность на моих родителей. Они и не ожидали, что ты им поможешь.