Онлайн-библиотека книг
Из-за слабости в теле чуть вновь не упала, но кое-как удержалась.
Больше мы ничего не говорили, но в воздухе повисла тяжесть. Очень сильная и моментами агрессивная. Смешанная с привкусом жженой горечи.
Я старалась не замечать этого, ведь, если начать копаться в том, что происходило между мной и Помпеем, это могло бы привести к тому, что я уже пыталась забыть.
Поэтому я лишь качнула головой и, дойдя до нужной двери, открыла ее, после чего вошла в свой номер. Прекрасно помнила, где оставляла свою сумку, но ее не нашла.
"— Черт… Нет… Нет… — прошептала, заглядывая в шкаф. — Какого?..
— Не можешь найти подавители? — Помпей явно понял причину моей паники. Когда я обернулась к нему, он стоял около двери и тяжелым взглядом скользил по номеру.
— Они были в сумке, а ее тут больше нет, — мой голос дрогнул.
— Как она выглядит?
— Сумка? Черная. Простая такая, — нервно описывая сумку, я опустилась на колени и посмотрела под кровать. — Нет… Черт. Может, кто-то из твоей стаи ее забрал?
— Мои люди не занимаются мародерством.
Я закрыла глаза и опустила голову, из-за чего на лицо упали пряди волос. Мне захотелось в голос выругаться, но вместо этого я пыталась переварить то, что моя надежда на подавители не просто таяла. Она бесследно испарялась.
Почему-то я в этот момент вспомнила про Вавилона. Он уже ранее говорил, что моих подавителей больше нет. Почему он был в этом уверен?
— Тут еще кто-то был? — спросила, поднимая голову.
— Только моя и твоя стаи.
— Никаких чужаков? И ты постороннего запах не чувствуешь?
— Нет.
Я опять опустила голову, но на этот раз еще и уткнулась лицом в одеяло. Вавилон явно что-то знал. Что именно?
Пока я расхаживала по номеру, услышала, что Помпей позвонил Голоду и, сказав ему лишь несколько коротких фраз. Приказал узнать есть ли у кого-нибудь информация касательно черной сумки.
— Пошли. Мы уезжаем.
— Куда? — я обернулась к альфе. Насторожилась.
— Я уже говорил. Ко мне.
— Моя сумка может быть тут…
— Тут все обыщут.
Я была против, ведь все еще одержимо надеялась найти подавители, но слова Вавилона о том, что их больше нет и мое состояние не позволили мне сопротивляться. Особенно, если учесть то, что Помпей не дал мне времени опомниться. Взял за руку и потянул за собой.
Уже когда мы сидели в машине, я вообще обмякла и, напряженно смотря на улицу, чуть ли не легла на сиденье.
