В очередной раз он принял решение за меня, и на этот раз я чертовски зла.
Возможно, это также связано с тем, что сказала Сильвер. Уверенность, с которой она это произнесла, действовала мне на нервы.
И поскольку это причиняет боль, мне нужно нанести ответный удар.
Я подхожу к Эйдену широкими шагами. Ронан ухмыляется как идиот. Ксандер смотрит в окно, выглядя глубоко потерянным. Коул, который разговаривал с Эйденом, замолкает, когда я встаю перед его столом.
Я кладу на него ладонь и наклоняюсь, чтобы встретиться с ним взглядом в упор.
Он выгибает бровь, словно бросая мне вызов.
Игра начинается, придурок.
Я говорю громко и четко, чтобы слышал весь класс:
– Я не твоя.
Глава 24
Когда я сказала Эйдену, что не принадлежу ему, я ожидала гнева.
Черт, я ожидала увидеть его плохую сторону.
Потому что это то, что делают хулиганы, не так ли? Когда их толкают, они толкают в ответ.
Вместо того чтобы отпустить и показать свое истинное «я», его губы кривятся в насмешливой улыбке.
– Это не то, что ты говорила, когда кончила мне на лицо.
Дважды.
Моя челюсть чуть не ударяется об пол.
Нет.
Он не мог это сказать.
Ким ахает рядом со мной, и шепот разносится по всему классу. Ни у кого не хватает наглости высказаться в присутствии Эйдена.
Ронан – единственный, кто смеется, кивая:
– Я подтверждаю. Я слышал крики.
К черту мою жизнь.
Эйден снова открывает рот, но я заставляю его замолчать, прижимая руку к его губам. Что бы он ни сказал, это погубит меня еще больше, чем он уже сделал.
Если раньше он казался торжествующим, то сейчас выглядит абсолютно самодовольным. Он приподнимает брови в молчаливом вызове, будто подталкивать начать отрицать.
Звенит звонок, и в класс входит миссис Стоун. Я отпускаю Эйдена и плюхаюсь на сиденье перед ним, потому что оно единственное свободное. Мои движения становятся нервными, когда я достаю свой блокнот и ручку.
Теплое дыхание щекочет мне ухо, прежде чем мягкий голос Эйдена шепчет:
– Попробуй еще раз отрицать, что ты моя, и я трахну тебя на виду у всех, чтобы доказать это.
Мои глаза расширяются, когда я крепче сжимаю карандаш. Он исчезает у меня за спиной так же быстро, как и появился, пока миссис Стоун продолжает свою лекцию.
Я изо всех сил пытаюсь овладеть собой и прогнать ту картину, которую Эйден только что нарисовал в моей голове.
Будь проклят он и его грязный рот.
Пространство между моими ногами нагревается, и я растираю их, чтобы прогнать это ощущение.
Это не работает.
